Электронная книга - «Перевести Дыхание. Часть 2». Краткое содержание книги:
Ее друзья потеряли дар речи, когда услышали голосовое сообщение.
Карлос подошел к Дебби и забрал у нее телефон.
'Святое дерьмо! Мне конец. Что мне делать? размышляла Дебби. Затем она увидела, что Кристина тоже отправила голосовое сообщение. 'Пожалуйста, не слушай! Пожалуйста, не слушай!" — мысленно взмолилась она. К ее разочарованию, Карлос нажал на сообщение, и оно гласило: "Сорванец, не втягивай нас в это, ладно? Мы с Диксоном прекрасно проводим время. Лучше подкупи Джареда, чтобы он не настучал на тебя".
"Э… Дорогой…" заикалась Дебби.
Но Карлос на это не купился. Он вздохнул, его лицо стало каменным. Молчание было мучительным, еще более мучительным из-за поднятой брови Карлоса.
"Нет, нет, нет! Милый! Любимый! Дорогой…" Дебби нацепила бесхитростную улыбку.
Карлос заблокировал ее телефон и сел на кровать, лишенный эмоций. Он выглядел таким холодным, что Дебби невольно вздрогнула. Она бросилась в его объятия и игриво сказала: "Дорогой, пожалуйста, не сердись. Я разозлилась и напилась, потому что Меган сказала, что ты ее парень. Я пыталась все забыть".
"О, это все?" — спросил он.
Дебби кивнула.
Вздохнув, он сказал: "Неужели ты думаешь, что я такой мелочный человек, что могу сердиться на тебя из-за таких пустяков?".
Дебби кивнула, но тут же покачала головой. До того, как они узнали, что стали мужем и женой, он был так груб с ней. Но с тех пор, как они были вместе, он стал намного лучше и терпимее.
"Ты самый лучший муж в мире", — сказала она. Теперь, когда он не сердился, она взяла телефон и легла поиграть с ним.
"Дебби Нянь", — позвал он.
"Что?" Дебби почувствовала себя странно, когда он назвал ее полным именем. 'Я что-то не так сказала?'
155. Разговор о ребенке
"Я не сержусь на тебя, но это не значит, что я не против", — сказал Карлос, притягивая Дебби в свои объятия. "Поэтому ты должна сделать меня счастливым".
"Хорошо. Как насчет того, чтобы я спела для тебя песню?" Она отложила телефон в сторону и обняла его за шею.
"Что? Опять " Молюсь за тебя"?" спросил Карлос сквозь стиснутые зубы.
Дебби высунула язык и скорчила гримасу. "Нет, нет, нет! Я не хочу, чтобы меня снова похоронили заживо. Могильная плесень — это плохой вид для меня".
Ее реакция позабавила Карлоса, который ущипнул ее за нос и игриво приказал: "Тогда пой".
Дебби положила голову ему на грудь и прислушалась к сильному биению его сердца. "Это моя любимая песня. Надеюсь, она тебе понравится".
"Ага".
Карлос передвинул ползунок на регуляторе яркости, и мгновенно комната погрузилась в темноту. Неоновые огни города проникали через окно, окрашивая все в комнате в диковинные голубые тона. Обняв его, Дебби посмотрела ему в глаза и начала петь. "Я видела мир, делала все это, съела свой торт. Бриллианты, блеск и Бель-Эйр теперь. Жаркие летние ночи, середина июля, когда мы с тобой были вечно дикими. Сумасшедшие дни, огни города, то, как ты играл со мной, как ребенок. Будешь ли ты по-прежнему любить меня, когда я перестану быть молодой и красивой…".
Карлос давно знал, что Дебби хорошо поет. Казалось, в ее голосе есть магия; его беспокойный ум остывал, когда она начинала петь. Поэтому ему нравилось слушать ее парящий вокал. Она могла исполнить несколько напряженных партий, и бывали моменты, когда ее голос поднимался в стратосферу. Она была одарена, и он был счастливчиком.
И пение также оказывало на нее влияние. Когда она исполняла эти эмоциональные фрагменты, ее глаза начинали слезиться. Она была способна чувствовать то, что исполняет, дать этому удар из глубины легких и увлечь аудиторию. "Будешь ли ты по-прежнему любить меня, когда я перестану быть молодой и красивой? Будешь ли ты все еще любить меня, когда у меня не останется ничего, кроме моей болящей души? Я знаю, что будешь, я знаю, что будешь, я знаю, что будешь. Будешь ли ты все еще любить меня, когда я перестану быть красивой? Дорогой Господь, когда я попаду на небеса, пожалуйста, позволь мне взять с собой моего мужчину. Когда он придет, скажи мне, что ты впустишь его. Отец, скажи мне, если сможешь. О эта грация, о это тело, о это лицо заставляет меня веселиться. Он — мое солнце, от него я сияю, как бриллианты…".
Его глаза были глубокими, как океан; она не могла не потерять себя в них.
Она закончила красивой фразой. "Будешь ли ты по-прежнему любить меня, когда я перестану быть молодой и красивой?". Когда она пела, ее голос был низким и ангельским, нежным, как кожа ребенка, и мягким, как свежевыпавший снег. Наконец она расслабилась, закончив исполнять песню Ланы Дель Рей " Молодая и красивая". После минутной паузы она добавила: "А ты?".