Григорий Распутин. Россия под гипнозом
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-342-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Григорий Распутин. Россия под гипнозом». Краткое содержание книги:
Скрупулёзно исследуя каждый факт и каждое событие, автор увязывает их с данными архивных материалов и воспоминаниями очевидцев. В итоге читатель понимает, что и сам с головой окунается в детективное расследование, в конце которого автор самостоятельно выходит на… истинного убийцу Григория Распутина. И в этом несомненное достоинство новой работы известного писателя-историка Виктора Сенчи.
В 1918-м князь Николай Сергеевич Лопухин с семьей отправился в китайский Харбин. Как рассказал Николай Михайлович, дедушка откупил целый вагон, сумев при этом договориться, чтобы этот вагон прицепили к составу, следовавшему на Дальний Восток. В дороге, где-то в Тюмени, родился сын – Михаил, будущий отец моего собеседника. Крёстным отцом Михаила стал Георгий Львов.
Вообще, Тюмень оказалась для князя истинным испытанием. Лопухин был арестован вместе с князем Голицыным и бывшим премьер-министром Временного правительства Львовым. Большевики обвинили их в контрреволюционной деятельности и подготовке вооруженного переворота; арестованных отправили в Екатеринбург, где в то время находилась в заключении Царская семья. (Чекисты старались создать видимость «контрреволюционного заговора» с целью освобождения Николая II.) Чудом уцелели. В 1920 году успели выехать за границу…
Родившаяся в 1921 году в Югославии, Мария Васильевна Оболенская, к слову, до последнего входила в Комитет Русского дома в Сент-Женевьев-де-Буа; князь Михаил Николаевич не так давно умер, ему также было за девяносто…
Мы долго разговариваем – о России, Франции, русских эмигрантах, на долю которых выпало столько всего.
– Трудности эмиграции, выпавшие на долю нашей семьи, – рассказывает Николай Михайлович, – заключались ещё и в том, что пришлось пережить две эмиграции – в Китай, Харбин, и во Францию. Когда Лопухины прибыли во Францию, страна в начале тридцатых переживала экономический кризис, депрессию. О том, чтобы устроиться на приличную работу, не могло быть и речи. Бабушка по материнской линии организовала чайный салон, хозяйкой которого и стала. А дедушка был вынужден работать таксистом. Вот такое лицо истинной эмиграции… Моя супруга – Бландина Никитична Струве, из потомков Петра Бернгардовича Струве, знаменитого политического деятеля, философа, экономиста и историка. У нас четверо детей, один уже журналист, живёт и работает в Канаде…
На мой вопрос, кто же всё-таки он такой – русский или всё-таки француз? – Николай Сергеевич, не задумываясь, ответил:
– Конечно, мы все русские. Были ими и остаёмся…
Могила Феликса Юсупова не так далеко от центрального входа на кладбище. Скромный православный крест из белого камня, с пятью металлическими табличками посредине. В центре конечно же табличка с именем главного героя минувшей эпохи князя Феликса Феликсовича-младшего, скончавшегося на восьмом десятке лет, в 1967 году. Судя по надписям, под этим крестом упокоились все самые близкие Юсупову люди: мать, Зинаида Николаевна (1861–1939); супруга, Ирина Александровна (1895–1970); а также дочь – графиня Ирина Шереметева (1915–1983) и её муж (зять Юсупова) граф Николай Дмитриевич Шереметев (1904–1979).
Дочь Ирину Феликс очень любил. Вот запись из его мемуаров:
«21 марта 1915 года жена родила девочку. Назвали ее Ириной в честь матери. Услышав первый крик новорожденной, я почувствовал себя счастливейшим из смертных. Акушерка, г-жа Гюнст, знала свое дело, но была болтлива, как сорока. Пользовала она рожениц при всех европейских дворах… Крестили младенца в домашней часовне в присутствии царской семьи и нескольких близких друзей. Крестными были государь и императрица Мария Федоровна. Дочь, как некогда отец, чуть не утонула в купели…»[363]
Отец Феликса, князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон (1856–1928), умер в Италии и был похоронен в Риме, на кладбище Тестаччо. Старший брат Николай, погибший на дуэли, нашёл упокоение в подмосковном Архангельском…
Вторую половину жизни Феликс Юсупов-младший прожил в эмиграции. Несладкие это были годы. Сожалел ли он о той злополучной декабрьской ночи 1916 года? Если судить по его воспоминаниям – ничуть. Другое дело, что любое действие лишь тогда приносит удовлетворение, когда, говоря языком иезуитов, цель оправдывает средства. Убийство Распутина оказалось бессмысленным. Мало того, оно в немалой степени ещё сильнее расшатало Трон, показав, что и такое возможно. Февральская революция, вспыхнувшая вскоре после смерти «старца», явилась, по сути, продолжением начатого князем со товарищи разрушения; ну а «Великий Октябрь» не оставил от «старого мира» камня на камне.
Русский аристократ, богач и бонвиван, Юсупов не зря слыл англофилом. Его нетрадиционные штучки, шалости с «марафетом» и поклонение всему западному сделало ещё при жизни в России «чужим среди своих». По духу и образу жизни Феликс даже сегодня для нас больше чужак, чем свой. Россия – не Запад (и слава Богу!). А те, кто хотел чего-то другого, получил сполна – две революции, Гражданскую войну, разруху, расстрелы и тоскливую жизнь в эмиграции. К восторгу западных радетелей.
363
Дедом Николая Сергеевича Лопухина был Алексей Лопухин, друг М.Ю. Лермонтова.