Ночь с Достоевским

Я видел, что у них что-то идёт на лад, но молчал, по обыкновению. Blanche объявила мне первая: это было ровно за неделю до того, как мы расстались.

– Il a de la chance (Ему везёт (франц.), – тараторила она мне, – babouchka теперь действительно уж больна и непременно умрёт. Мистер Астлей прислал телеграмму; согласись, что всё-таки он наследник её. А если б даже и нет, то он ничему не помешает. Во-первых, у него есть свой личный пенсион, а во-вторых, он будет жить в боковой комнате и будет совершенно счастлив. Я буду «madame la générale». Я войду в хороший круг (Blanche мечтала об этом постоянно), впоследствии буду русской помещицей, j'aurai un château, des moujiks, et puis j'aurai toujours mon million (у меня будет замок, мужики, а потом у меня всё-таки будет мой миллион (франц.).

– Ну, а если он начнет ревновать, будет требовать… бог знает чего, – понимаешь?

– О нет, non, non, non! Как он смеет! Я взяла меры, не беспокойся. Я уж заставила его подписать несколько векселей на имя Альберта. Чуть что – и он тотчас же будет наказан; да и не посмеет!

– Ну, выходи…

Свадьбу сделали без особенного торжества, семейно и тихо. Приглашены были Альберт и ещё кое-кто из близких. Hortense, Cléopâtre и прочие были решительно отстранены. Жених чрезвычайно интересовался своим положением. Blanche сама повязала ему галстук, сама его напомадила, и в своём фраке, и в белом жилете он смотрел très comme il faut (очень прилично (франц.).

– Il est pourtant très comme il faut (Он, однако, очень приличен (франц.), – объявила мне сама Blanche, выходя из комнаты генерала, как будто идея о том, что генерал très comme il faut, даже её самоё поразила. Я так мало вникал в подробности, участвуя во всём в качестве такого ленивого зрителя, что многое и забыл, как это было. Помню только, что Blanche оказалась вовсе не de Cominges, ровно, как и мать её – вовсе не veuve Cominges, а – du-Placet. Почему они были обе de Cominges до сих пор – не знаю. Но генерал и этим остался очень доволен, и du-Placet ему даже больше понравилось, чем de Cominges. В утро свадьбы он, уже совсем одетый, всё ходил взад и вперёд по зале и всё повторял про себя, с необыкновенно серьёзным и важным видом: