Время не властно [Timeless]

Существо споткнулось, попыталось высвободить лапы, с силой потянуло за хлыст и потеряло равновесие, когда натяжение ослабло. Затем оно сделало большой шаг, чтобы твердо встать на ноги, опустило спутанные лапы и развело их в стороны и лишь после этого подняло голову, чтобы найти взглядом нападавшего и разорвать его в клочья.

Но нападавшего на прежнем месте уже не было.

Нет, Закнафейн отскочил в сторону в тот самый миг, когда бугбер неуклюже шагнул, и чудище потеряло его из виду. Зверь начал поворачиваться, чувствуя, что кнут тянет его куда-то назад, и тут острый меч Закнафейна вонзился ему в спину и с легкостью разрубил позвоночник.

Бугбер начал заваливаться вперед, и Закнафейн, не теряя равновесия, дернул рукой, рассчитав угол и усилие, необходимые для того, чтобы тело монстра начало вертеться и высвободило кнут. В следующее мгновение страшное орудие устремилось назад, щелкнуло раз, другой. Воин лишь слегка развернул кисть, но кнут хлестнул двух других бугберов по мордам, и оба замерли как вкопанные.

– Что все это значит?! – раздался возмущенный женский вопль, и в пещеру ворвалась группа дроу из Дома Ханцрин: верховная жрица в сопровождении двух помощниц и небольшой группы мужчин-воинов.

Но одновременно из других туннелей появились новые дроу, подчиненные Закнафейна, державшие наготове заряженные самострелы. За спиной у Закнафейна возникли трое: Брелин, Эгалавин и неизвестно откуда взявшийся Вейлас Хьюн.

– Чарри Ханцрин! – заорал Вейлас Хьюн, заглушив голос Закнафейна, который хотел что-то ответить.

Верховная жрица велела подчиненным остановиться и уставилась на наемника, который стоял перед ней совершенно безоружный и доброжелательно улыбался.

– Мы здесь не для того, чтобы сражаться с вами, – убедительным тоном продолжал Вейлас Хьюн. – Ты знаешь меня, верховная жрица, и знаешь, кого я представляю.

Закнафейн покосился на Хьюна, и выражение его лица красноречиво свидетельствовало о том, что постороннее вмешательство вовсе не пришлось ему по вкусу. Он знал, что нужно радоваться мирному разрешению конфликта, но перед ним стояли три жрицы. Неужели нельзя было сначала избавиться от женщин и уж потом выудить нужную информацию у воинов?

– Однако, как я вижу, сражение все же произошло, – процедила Чарри Ханцрин, кивнув в сторону мертвого бугбера.

– Гоблинское отродье, – бросил Закнафейн и плюнул на труп.

– Молчать, жалкий бродяга! – приказала Чарри Ханцрин. Обернувшись к Вейласу Хьюну, она продолжала: – Объясни, в чем дело. И побыстрее, иначе я сурово покараю этого твоего подручного вместо того, чтобы принять от вас деньги за жизнь убитого раба.