Ритмы улиц

Так что — я оставил вместо себя Карину, а сам повез своих девчонок в отель, радуясь, что у каждого из нас отдельный номер.

Покормив и уложив Аню, Маша вышла ко мне на балкон и вдохнула полной грудью американский воздух. После чего повернулась ко мне и улыбнулась.

— Ты даже не представляешь, как я тобой горжусь. И как я рада, что вы победили, — сказала она мне, — Ты ведь так к этому стремился. Всё это, — обвела она взглядом ночной город, — Твое по праву. Ты заслужил.

Хмыкнув, я бросил на Золотцеву осторожный взгляд. Раз уж сегодня я — победитель, может, настало время забрать свой главный приз. Или хотя бы попытаться.

— Я так больше не могу, — негромко сказал я, сцепив руки в замок.

— Как — так? — явно не поняла меня девушка.

— Вот так, — я указал пальцем сначала на нее, потом на себя, — То, как мы сейчас живем, меня не устраивает.

— Что именно? Я тебя не понимаю, — нахмурилась Мари.

Вздохнув, я повернулся и, положив руки Маше на плечи, чуть притянул ее к себе, вынуждая смотреть мне прямо в глаза:

— Я спрошу всего один раз, и хочу, чтобы ты ответила мне честно. Скажи мне, ты приехала только чтобы дать Ане эту возможность? Увидеть меня? Или есть что-то еще? Я устал теряться в догадках, что ты чувствуешь ко мне. Искать в твоих глазах или жестах хотя бы отголосок взаимности. Я люблю тебя всем своим порочным сердцем, и, черт возьми, хочу знать, есть ли у меня шанс?

— А если нет? — спросила Мари негромко, — Ты что, уйдешь от нас?

Что? да как она могла только предположить такое? Я почти задохнулся от возмущения, но сумел справиться с эмоциями и покачал головой:

— Нет. Я никогда не перестану бороться за тебя, за Аню, за вас. Но мне интересно, сколько ты еще будешь мучить и наказывать меня? я знаю, что мудак, что делал больно, обижал тебя, ранил. Но я правда…

Договорить я не успел — чуть приподнявшись на цыпочках, Мари обвила руками мою шею и поцеловала меня. Ох, кажется, я на секунду забыл, как нужно дышать. Или это от избытка чувств у меня закружилась голова? Так или иначе, я не стал терять ни секунды, притягивая девушку за тонкую талию к себе и позволяя себе углубить поцелуй, не встречая совершенно никакого сопротивления.

Мари была нежной, но одновременно и требовательной. Как тогда, ровно год назад, когда я впервые понял, какое это счастье — быть с ней, целовать её, обладать ей. Просто делить с ней один воздух и знать, что она не прогонит. Только не в эту секунду.

А когда Золотцева мягко отстранилась, я был готов выть в знак протеста. Попытался притянуть мою девочку к себе обратно, но та остановила меня, положив ладонь на мою грудь. Готов поклясться, что она слышала, как бешено колотится мое сердце — так, словно я пробежал марафон.

— Мне кажется, мы немного не с того начали, — сказала девушка с лукавой улыбкой и протянула мне руку, — Привет, меня зовут Маша, но все зовут меня Мари. Сразу говорю — полное имя меня бесит, и если не хочешь получить плюху в нос — не называй меня Мария.