Песнь надежды. Том 6

Диор был прав, принц подошёл потом сам, уже отдельно от своих брата и сестры, словно друг, который просто хотел поприветствовать старого приятеля.

— Рад видеть, Тэйлон, — пожал он руку. — Готов?

— Смотря к чему, — пожал я плечами.

— Ну, к дню рождения моего отца, — улыбнулся тот. — Самое интересное всегда — это смотреть, как ему преподносят подарки. Некоторые из кожи вон лезут, чтобы выделиться, и ты даже не представляешь, что ему иногда преподносят.

У меня мелькнула мысль, что о нашем подарке я был ни слухом, ни духом, но потом отмахнулся от этого — Диор должен был обо всём позаботиться.

— И? Самое необычное?

— Самый необычный… да даже и не скажу, — почесал он голову. — Помню, ему подарили золотую статую Исси, когда той было шесть лет, в реальном размере. Вырезана так, что не отличишь от настоящей, если не считать цвет.

— Ну, мы выделяться не собираемся. Так что вряд ли удивим твоего отца чем-нибудь экстравагантным.

— А я вот решил подготовить подарок, которого он точно не ожидает, — улыбнулся Вокс. — Уверен, такого никто не будет ожидать.

— Интересно будет взглянуть, — заинтересованно произнёс я.

— А то, — улыбнулся он. — И всё же, я надеюсь, ты помнишь, о чём мы говорили до этого? Про твоего брата?

— Да, помню, Вокс, — кивнул я осторожно.

— Просто хочу, чтобы ты знал, что если что, — он хлопнул меня по плечу, — я всегда поддержу тебя.

— Спасибо, но думаю… я сам справлюсь, если что, — выдавил я из себя улыбку.

Интересно, чего он так прицепился именно ко мне? Не легче было бы найти общий язык с Диором, или он понимает, что с тем общего языка не найти? Или ему нужен тот, кто будет куда более сговорчивым и тупым, как бездумная машина, которая делает то, что скажут?

Но обычно потом всех свидетелей убирают, так что я бы не рассчитывал на подобное, даже если бы и хотел кинуть Диора в последний момент.

— В любом случае, наслаждайся вечером, — посоветовал мне Вокс. — Я тебе гарантирую, сегодня будет очень весело.

Я даже в этом и не сомневался. Иначе никогда не бывает.

Вскоре начался и сам праздник. Свет немного притушили, заиграла спокойная музыка, разговоры стали тише, пусть и не прекратились полностью — теперь люди просто тихо переговаривались между собой шёпотом, стараясь не перебивать мелодию гулом, будто от этого зависела их жизнь. Я же наблюдал за стражей, которая продолжала невозмутимо стоять вдоль стен, будто ничего не происходило.

Но все окончательно стихли, когда в зал через главные ворота вышли королева и король. Без прислуги, которая обычно объявляет об их приходе, что странно. И слово взял на этот раз не кто-то, а сам король.

— Многоуважаемые тэры и тэрры, слуги и жители нашего королевства, подданные короны и её верные сторонники, — негромко начал он, при этом своим голосом охватив полностью весь зал. Было немного странно, так как я думал, что обычно подобным занимается слуга, а не член семьи и тем более сам король. — Сегодня я счастлив видеть вас рядом с нами в столь значимый и чудесный вечер. От имени нашего рода Аквардиенского я приветствую вас и выражаю свою благодарность за то, что пришли на мой праздник. Но довольно слов, сегодня день празднеств, а потому я хочу произнести первый тост.