Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
Третий том полного собрания сочинений «Агата Кристи в трёх томах». В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения. Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
— Как, София? Почему? Я кажусь тебе чужим? Тебе нужно время, чтобы опять ко мне привыкнуть? Или же появился кто-то другой? Нет… — оборвал я себя. — Я олух. Причина не в этом.
— Не в этом. — Она покачала головой.
Я ждал. Она понизила голос:
— Причина в дедушкиной смерти.
— В смерти деда? При чем тут это? Какая разница? Не в том же дело… не думаешь же ты… неужели дело в деньгах? Он тебе ничего не оставил? Уверяю тебя, моя радость…
— Нет, деньги ни при чем. — Она еле заметно улыбнулась. — Я уверена, что ты охотно взял бы меня замуж и «в одной сорочке», как говорили в старину. Да и дедушка никогда в жизни не понес ни малейшего убытка.
— Так в чем же дело?
— Именно в его смерти. Понимаешь, Чарльз, он не просто… умер. Я думаю… его убили.
Я уставился на нее во все глаза:
— Что за фантастическая идея! Откуда эта выдумка?
— Это не выдумка. Во-первых, доктор повел себя очень странно. Отказался выдать свидетельство о смерти. Будет вскрытие. Совершенно ясно, что они подозревают что-то неладное.
Я не стал спорить. София была умница, и на ее выводы можно было положиться. Но я с горячностью сказал другое:
— Возможно, их подозрения неоправданны, но, даже если ты права и они оправданны, какое отношение это имеет к нам с тобой?
— При некоторых обстоятельствах — имеет. Ты на дипломатической службе. К женам там предъявляются немалые требования. Нет, пожалуйста, не произноси слов, которые тебе не терпится сказать. Ты чувствуешь себя обязанным сказать их и, не сомневаюсь, действительно искренне так думаешь, и я теоретически с тобой согласна. Но я горда, дьявольски горда. Я хочу, чтобы наш брак был удачным для обоих, и поэтому не хочу быть половинкой жертвы во имя любви. Но, может, все еще образуется…
— То есть, может быть, доктор… ошибся?
— Даже если и не ошибся, неважно. Важно, чтобы убийца был тот, кто и требуется…
— Что ты такое говоришь, София?
— Безобразие такое говорить, но, в конце концов, я предпочитаю быть честной. — Она предугадала мой вопрос: — Нет, Чарльз. Больше я ничего не скажу. Я и так уже сказала слишком много. Но я решила непременно повидать тебя и сама все объяснить. Мы ничего не будем решать, пока все не прояснится.
— Но хотя бы расскажи мне, как и что.
Она покачала головой:
— Не хочу.
— София…
— Нет, Чарльз, не надо, чтобы ты увидел нас под моим углом зрения. Я хочу, чтобы ты взглянул непредубежденным взглядом со стороны.
— И каким образом мне это удастся?
В ее ярких голубых глазах, глядящих на меня, зажегся странный огонек.
— С помощью твоего отца, — ответила она.
Тогда, в Каире, я рассказал Софии, что мой отец — помощник комиссара в Скотленд-Ярде. Он и сейчас еще занимал эту должность. При ее словах холод сдавил мне грудь.
— Значит, дело настолько худо?
— Думаю, что да. Видишь, за тем столиком у входа сидит одинокий человек, вполне симпатичный, похож на отставного военного?
— Да.
— Он стоял на платформе в Суинли Дин, когда я садилась недавно в поезд.
— Ты хочешь сказать — он следит за тобой?
— Да. Думаю, вся наша семья находится… — как это называется? — под наблюдением. Нам, в сущности, намекнули, чтобы мы не покидали дом. Но я решила повидать тебя во что бы то ни стало. — Она с воинственным видом выставила твердо очерченный подбородок. — Я вылезла из окна ванной и соскользнула вниз по водосточной трубе.
— Любовь моя!
— Но полиция хорошо знает свое дело. Кроме того, я же посылала тебе телеграмму… Словом… неважно, зато мы здесь вместе… Но дальше мы должны действовать в одиночку. — Она помолчала, потом добавила: — К сожалению… нет никаких сомнений в том, что мы любим друг друга.
— Никаких, — повторил я. — И не говори «к сожалению». Мы с тобой пережили мировую войну, чудом избегли смерти — так почему же смерть очень старого человека… Сколько, кстати, было ему лет?
— Восемьдесят семь.
— Да, конечно. Это было написано в «Таймс». Если хочешь знать мое мнение, то он просто умер от старости, и любой уважающий себя терапевт признал бы этот факт.
— Если бы ты был знаком с дедом, — проговорила София, — ты бы удивился, что он вообще мог умереть.
3
Я всегда в какой-то мере питал интерес к полицейской работе отца, но мог ли я предположить, что когда-нибудь мне доведется испытать самую непосредственную, личную заинтересованность.
Моего старика (как я называл отца) я еще не успел повидать. Когда я приехал из аэропорта, его не было дома, а приняв ванну, побрившись и переодевшись, я поторопился на свидание с Софией. Но теперь, когда я вернулся домой, Гловер доложил, что отец у себя в кабинете.
