Дешевка [The Knockoff]

Бежевые стены коридора, ведущего в большой конференц-зал для руководства, были увешаны увеличенными обложками журналов, изданных за всю историю корпорации Роберта Маннеринга: «Спорт», «Шик», «Часы премиум-класса», «Красивый дом», «Яхтсмен» и, наконец, «Глянец». На обложках первых выпусков модного журнала красовались великолепные иллюстрации, изображающие хорошеньких домохозяек двадцати с небольшим лет в платьицах до середины икры и шляпках. Они сменились фотографиями, которые с каждым годом становились все горячее и сексапильнее, и обнаженных участков тела на них появлялось все больше и больше. В нескольких шагах от дверей конференц-зала обложки закончились. Имоджин рассмеялась — веб-сайт на стенку не повесишь.

В светлом и просторном помещении за столом красного дерева сидели одиннадцать седовласых членов правления. Все они яростно печатали на своих смартфонах BlackBerry. Бриджет любила шутить, что лишь управленцы, которым за шестьдесят, позволяют BlackBerry до сих пор оставаться в деле. Имоджин с вожделением поглядела на их такие удобные клавиатуры. Огромные, от пола до потолка окна прорезали две стены зала, и в ясный денек из них можно было увидеть Кони Айленд и Атлантический океан.

Во главе стола с одной стороны сидела Эйрин Чанг, а с другой — Роберт Маннеринг-младший. К несчастью, единственное свободное место осталось рядом с Евой, на широком лице которой играла самодовольная улыбка. Она не сомневалась, что пришел ее звездный час.

С независимым видом Имоджин прошла к пустому кожаному креслу с высокой спинкой — именно на таких пристало сидеть руководящим работникам. Опускаясь в него, она почувствовала, как что-то кольнуло филейную часть. Аккуратно, чтобы никто не заметил неладного, глянув вниз, она увидела там Евиного пластмассового динозавра.

— Р-р-р-р-р, — почти беззвучно зарычала Ева, растянув красные, подкачанные коллагеном губы и растопырив, будто когти, пальцы с синими отполированными ногтями. Сейчас она была похожа на рептилию больше, чем эта игрушка.

Кто-то это видел?

В такую игру можно играть и вдвоем. Имоджин поставила динозаврика перед собой на стол. Да, она старше Евы. И что? Ее года — ее богатство. Сейчас Евина незрелость казалась просто смешной. Чтобы не дергать нервно ногами, Имоджин сложила руки на коленях.

Стоило ей усесться, поднялась Эйрин. Стильная, в обтягивающем брючном костюме с тончайшими полосочками от Тома Брауна, уверенная в себе. Она заправила волосы за уши, глубоко вздохнула и улыбнулась Имоджин.

— Имоджин, я очень рада, что вы пришли. Не хотела без вас начинать.

Тут встал и Маннеринг-младший, загорелое лицо которого выглядело так, словно босса против его воли вытащили с пляжа. Он бросил ленивый взгляд на Имоджин.

— О, здрасьте, Имоджин. Рад вас видеть.

Когда Роберт заговорил, члены правления один за другим оторвали глаза от своих телефонов.

— Во-первых, я знаю, что незачем это говорить, но все равно скажу, — проговорил президент компании, теребя галстук, как будто тот был затянут так туго, что ему жал воротничок рубашки. — То, о чем я собираюсь рассказать, должно остаться в стенах этой комнаты и в строгой тайне до тех пор, пока мы не сделаем заявление для прессы.