Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)
- Автор: Кровь и Чай
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)». Краткое содержание книги:
За то, что оставил его мать одну. За тоску в ее глазах всякий раз, когда кто-то интересовался его отцом. За любовь, которой у его мамы больше никогда не будет! Нет, это не была ненависть — просто раздражение на тупого мужика, который бросил его маму, хотя она и любила его.
— Я знаю все, — ответил Сенсома, и Чие на миг испугалась, что он расскажет Шиццу правду. — Он совершил много ошибок. Поверь, с женщинами ему всегда поразительно везло, но он… просрал их одну за другой. Но ты — не ошибка.
— Тогда почему маме так больно, когда она смотрит на меня?!
Его крик был злым, обиженным и очень-очень отчаянным. Он оказался в критической ситуации, где от переизбытка адреналина его тело и мозг буквально бились в агонии, не справляясь со всем подряд. И поэтому он закричал.
Глаза Чие расширились — она никогда даже не могла подумать, что ее любимый Шиццу воспринимает все… так. Она же…
— Потому что она любит тебя, — сухо вторил ее мыслям Сенсома. — Но ты слишком похож на своего отца. А это значит — жизнь у тебя будет хреновая…
Сказав это, он… исчез. Только что Математик Боя сидел на корточках в кабинете Казекаге, и вот уже Чие совсем перестала его ощущать. Ни опасности, ни чакры — вообще ничего, будто бы кто-то стер его из их реальности.
Изуродованный Эбизо тихо застонал…
***
Карать было неприятно. Но Сенсома не задумывался об этом — он просто сделал то, что должен был. Когда к Чие в следующий раз придет Мадара, она может хоть шляпу Казекаге выбросить, но не пойдет против Сенсомы. А если пойдет… он что-нибудь придумает.
Сильнейший шиноби в мире не спешил возвращаться в Коноху. Вернее, не спешил возвращаясь — ему совсем не хотелось никого видеть. Пускай Первый и Второй помогли ему сделать правильный выбор, его удрученности и скорби этот выбор не отменял. Ему нужно было побыть одному, пускай он и чувствовал шиноби, которые начали следовать за ним сразу же, как только он перешел через границу Страны Огня — Хирузен отправил людей, дабы контролировать перемещение друга.
Друга…
Конечно, Сенсома прекрасно понимал, что Сарутоби… виноват в меньшей степени. В меньшей степени чем все причастные. И даже сам Сенсома, который, в общем-то, оказался в похожей ситуации и не справился. Тем не менее, прощать его не хотелось — каждый его поступок раздражал, и Сенсома просто не привык справляться с этим.
Но он привыкнет, конечно, и тогда они выпьют вместе, а потом, возможно, набьют друг другу лица. Просто так — для галочки в списке развлечений.
Но сейчас не до развлечений — Сенсома занят двумя вещами. Первая — месть. Не пылкая и обжигающая, а холодная и расчетливая. Цубаки поплатились, Чие — тоже. Остался Мадара, и Сенсома еще не знал точно, что он сделает с бывшим учителем и другом, но однозначным было то, что тому это не понравится. Отобрать у него жизнь или брата — что дороже бывшему Богу Шиноби, свернувшему когда-то на путь войны с миром?
Вторая вещь, занимающая думы Математика Боя — поиски сына. О, он не сомневался, что Чие позаботилась о том, чтобы Ошими затерялся в этом огромном мире, но мир, пусть и огромен, конечен. Если подходить к делу здраво, то стоит признать, что ресурсов у Математика Боя для поиска одного-единственного ребенка во всем мире нет. Нет людей, нет связей — несмотря на свою силу, он остался одиночкой, пускай и оброс друзьями и близкими. Идти на поклон к Хирузену — до скрипа зубного не хочется. Данзо — вариант, но даже у Корня возможностей может оказаться недостаточно.
Джирайю, например, Шимура даже не подозревает в ближайшем родстве с Тобирамой…
Искать в одиночку, мотаясь по странам — глупо — его все знают, поэтому каждый захочет поиметь выгоду. Возможно. Конечно, найдутся и те, кто будет бояться его слишком сильно, для того, чтобы что-то скрывать, но повезет ли ему с ними? Не факт. А вот реальную рыбу спугнуть своим присутствием он может.
Было бы идеально, если бы мир… забыл о Математике Боя. Тогда Ошими не представлял бы уже такой ценности, и его не прятали бы так надежно (если его прячут). Опять же — возможно. Но как провернуть такой чудовищный трюк, Сенсома пока не знал.
И есть еще один момент — Ошими унаследовал геном Льда. Это уникальный геном, и едва ли в мире есть кто-то еще, кроме Сенсомы, кто может им владеть. Сейчас Ошими не может его использовать, но вот потом — когда он вырастет… Два варианта — либо те, кто будет рядом с ним, сразу же отдадут его Сенсоме во избежание, либо попробуют контролировать…
Хотя еще они могут… нет, слишком много вариантов, чего эти «они» на самом деле могут!
— Кажется, я нечаянно напал на них, — Сенсома остановился, чувствуя, как сбились с толку его «провожатые».
Его ненависть и ярость, на себя, на всех, просто сносили людей с ног. Даже шиноби, если те не были готовы к бою. Увы, но это он тоже пока не привык контролировать, поэтому ему бы уединения… Но нет — увязались. Впрочем, их проблемы.
Но, как бы Сенсома не был медлителен, в Коноху он все-таки прибыл. Селение восстанавливалось после нападения, и Математик Боя почувствовал гордость — среди тех шиноби, кто активно помогал простым людям, был большой процент его учеников. Они предлагали помощь и ему — любимому директору Академии, но, к сожалению, их маленьких сил недостаточно, чтобы ему помочь.
Даже он себе помочь не в силах…
Дом был необычно пуст, но Сенсома буквально заставил себя в него войти. Потому что Джирайя тоже был его. Как и Цуна, жившая временно у них из-за того, что Мито похищена. Орочимару помогал в госпитале, а Майко и Фугаку — в кланах. Все были при деле…
— Сенсома! — обрадованно вскочила Цунаде, когда он тихо вошел в гостинную, где почувствовал их с Джи.
Ему ничего не оставалось, кроме как ответить на ее объятия. Джирайя подошел следом и просто молча прижался к приемному отцу.
— Да, Джи… — вздохнул Сенсома. — Я тоже скучаю…
Его приемный сын был навязан ему заданием, но это не означало, что Сенсома его не любил. И наоборот — пусть Джи и был маленьким засранцем, он всегда любил Сенсому как родного отца. И его жену, как мать. И сына, как брата…
— Я найду Ошими… — тихо пообещал Джирайя. — Найду обязательно.
— Конечно, — только и мог, что ответить Сенсома.
Его приход успокоил детей, и это укололо его сердце — он был эгоистом, оставив их одних. А если бы… если бы Песок оказался уничтожен, что было бы с ними — неизвестно. Какими бы они стали?
Он даже не заметил, как они оба засопели на его руках — оказалось, все это время они провели без сна. Ощущали опасность. Переживали. Даже не за себя — за него и Мито.
И теперь они спят.
— На кой ляд Автор придумал сон? — неожиданно донеслось из-за спины, и Сенсома вздрогнул.
Ему было очень непривычно не ощущать человека в комнате. Особенно если тот двигался бесшумно.
Повернув голову, Сенсома увидел, как Ловен без интереса рассматривает их, пока его руки тянутся к мини-бару, находящемуся на самой высокой полке. Алкоголя там, на удивление, стало не меньше а больше — похоже Архимаг успел выдуть все, что запасал Сенсома годами, а потом просто накупил еще. Где денег только взял…
— Мне ваш король пожаловал, — будто прочитал Ловен его мысли.
— Хокаге, — поправил Сенсома тихо, укладывая парня и девушку на диван.
— Не, ик! король! — Ловен запрокинул голову. — Ну, этот… Даймо. Звучит как дерьмо, но, по правде, Автор прописал его не таким уж и плохим для правителя…
— Дайме, — вновь поправил Сенсома, между делом помогая невысокому Архимагу достать бутылку Хвостом.
— Тогда не похоже на дерьмо! — Ловен обрадовался бутылке и тут же ее открыл. Но уже через миг он был серьезен. — Сожалею, парень. Ты многое потерял.
Сенсома усмехнулся, вспоминая, что живет этот пьяница больше ста сорока лет. Тем не менее, усмешка вышла кривой, и Математик Боя поспешил сесть на пол, облокотившись на стол, чтобы Архимаг ее не увидел.