С ружьем на динозавра

О’Мара молча кивнул. Он был еще молод. Злая судьба одарила его мощным телосложением; лицо его было таким же тяжелым, квадратным и грубо вытесанным, как и мускулистое тело. О’Мара прекрасно понимал, что незачем показывать, как на него подействовала эта авария, — ведь Уоринг решит, что он попросту притворяется. О’Мара давно уже открыл, что от людей с его комплекцией менее всего ждут каких-либо проявлений сентиментальности.

Как только Уоринг вышел, О’Мара направился в шлюз взглянуть на распылитель, через который кормили худлариан вдали от их родной планеты. Проверяя распылитель и резервные пищевые баллоны к нему, О’Мара думал, как он преподнесет эту историю Какстону. Тоскливо поглядывая в иллюминатор, за которым плавали элементы и секции гигантской ажурной головоломки, занимавшей пространство объемом в пятьдесят кубических миль, О’Мара усердно заставлял себя думать о недавней аварии. Но мысли упорно уносили его к событиям, относящимся к более далекому прошлому или будущему.

Огромное сооружение, которое постепенно вырисовывалось в космической пустоте двенадцатого галактического сектора (на полпути между нашей Галактикой и густонаселенными системами Большого Магелланова Облака), было предназначено под госпиталь — Госпиталь, равного которому не было нигде. Здесь предстояло точно воспроизвести сотни различных вариантов планетных условий жизни — любые предельные значения жары, холода, давления, тяжести, радиации или состава атмосферы, которые окажутся необходимыми для пациентов и персонала. Создание такой колоссальной и сложной конструкции намного превышало возможности любой отдельно взятой планеты, и потому каждый из сотен населенных миров изготовлял свою секцию Госпиталя, а затем транспортировал ее к месту окончательной сборки.