Чужой

.53. Три стервы

Ольга и Ядвига сразу нашли взаимопонимание. Ещё бы: русская стала католичкой! «Браво!» – воскликнула Ядвига, узнав, что они единоверки. По этому поводу обе крепко поддали, выпив порту и закусив лишь кофе с пирожками, начинка которых состояла из картошки с жареной треской. Обе девицы были в состоянии восторженной эйфории, когда в дверь позвонили. Войдя в квартиру Саши, Сонэ сразу выразил восхищение тем, что от международного аэропорта Лиссабона и до квартиры Сергея они доехали на метро. Он назвал это «грандиозным преимуществом португальской столицы». Смутившаяся Ядвига рассматривала Илону мутным взором, а та искоса бросала на неё оценивающие взгляды, потом недовольно сказала:

– Девочки, вы так быстро сопьётесь.

– Давно ли ты стала непьющей? – парировал Саша.

Ольга полезла к Илоне целоваться, и та брезгливо вытерпела её лобызания, даже сама чмокнула в щеку. В квартире все пятеро разулись, и тут принесли заказанный обед с бутылкой дорогого порту. Илона сразу сказала остальным:

– I will not drink even a small drop! Please take away one glass.

– Excuse me, madame, – тоном робкой официантки ответила ей Ядвига. Потом она стала пристально рассматривать Илону. Та всполошилась:

– Сашка, чё она? Ей спьяну что-то мерещится во мне.

Ядвига достала коробочку от флэшки, открыла её и вынула руководство к операционной системе. Вверху красовалась цветная фотография Илоны! Это новшество было введено после отъезда Саши, и он о нём не знал. Теперь Ядвига смотрела то на Илону, то на цветную фотографию. Ядвига даже слегка протрезвела, широко открыла глаза и с восхищением рассматривала московскую гостью, а Сонэ и Ольга следили за обеими.

– Yes, it’s me! – сказала Илона и закурила. Ядвига придвинула к ней пепельницу и тоже закурила дорогую сигариллу из пачки, купленной для неё Сашей, потом тихо прошептала:

– I am glad to sit here with you, madame Ilona! I have never dared to dream of such a pleasure. (Я рада сидеть здесь рядом с вами, мадам Илона! Никогда даже не смела мечтать о таком удовольствии.)

– Ладно, хватит мне лести, дайте как следует пожрать, а то Ясу и я со вчерашнего дня не ели почти ничего. Оленька тоже вроде бы похудела. Что, в твоём Вальпараисо еды мало?

– Вальядолид, Илоночка! Извини, что осмелилась поправить тебя.

– Ты меня извини. Рассмешу вас вчерашними приключениями. Лёшенька недосмотрел, и Яку схватил за загривок джек рассел терьерчика, и тут такое началось!!! Тот пёсик вопит, как будто его режут, а его хозяйка, ты, Сашка, должен помнить Якушкину, крашеную брюнетку со второго этажа, орёт благим матом, как будто её саму теребят за шкирку, Яку рычит, Лёшенька, Ясу и, разумеется, я бегаем вокруг собачек и тоже не молчим! Сплошной бедлам! Потом терьерчик надоел Яку, и тот его отпустил. Оказалось, что у терьерчика ничего не прокушено, только слюни на загривке. Но это ещё не конец! Хозяйка хватает терьерчика на ручки, и тут у него такое из попы! Пардон, не за столом об этом рассказывать, прошу прощения. Я не пила, но что-то разошлась.