Сахара и Судан (Результаты шестилетнего путешествия по Африке)

Кай, которые живут сообща в названном выше большом округе под именем коям, считаются особым племенем, но их разбросанные по другим частям страны родичи попросту причисляются к канури. Вполне возможно, что это различие исторически обосновано и что разрозненные общины кай включают потомков племен, которые переселились сюда раньше всех вместе с магоми, тогда как коям пришли в то время, когда страна уже была окончательно завоевана, и обосновались там, где они застали большинство своих соплеменников. Поскольку они жили здесь большими группами, им оказалось легче сохранить какую-то часть своей самобытности. В этом отношении поразительно, с каким упорством они до сегодняшнего дня держатся за приведенного с родины верблюда и как они сумели акклиматизировать здесь это животное пустыни (хотя и за счет потери его работоспособности), тогда как даже переселившиеся позднее тубу очень скоро занялись разведением крупного рогатого скота и лошадей. В остальном у них ничего не осталось от кочевого образа жизни их предков: они стали оседлыми, владеют помимо верблюдов лошадьми и стадами скота, являются прилежными земледельцами и там, где они не живут вместе с более поздними переселенцами — тубу, пользуются исключительно языком канури.

Еще больше растворились в канури, т. е. слились с магоми и прочими их элементами, тура — одно из племен теда, считающее своей изначальной родиной Ту, которому позднее, при правителях Канема и Борну, всегда принадлежало селение Дирки в Каваре, так что их глава еще и сегодня носит титул диркема. Тура, без сомнения, было больше в числе первых переселенцев в страну, чем кай. При тщательных расспросах выясняется, что их отдельные группы распространились по всей территории Борну почти столь же широко, как и магоми, хотя и в меньшем числе. Они создали поселения в самом низовье Комадугу-Йобе, занимают округа поблизости от реки, южнее прежней столицы Ксар-Эггомо 46. Часто их можно обнаружить в юго-западной части страны и нередко в ее центральной части. Встречаются они и на дальнем западе. Однако нигде они не составляют большинства населения какой-либо провинции, подобно коям. Поэтому они вряд ли хранят память о своем более отдаленном прошлом и полностью разделяют язык и образ жизни с прочими составными элементами канури; короче, они не отличаются ничем, кроме особого происхождения.