Друзья и недруги. Том 2

Одна из служанок приметила молчаливого постояльца, коротавшего скудные светом зимние дни в обществе огромного пса. Постоялец ей приглянулся, и даже шрамы, избороздившие половину его лица, не отпугнули ее, а, напротив, добавили ему в глазах служанки мужественности и привлекательности. Чтобы привлечь его внимание, девушка перешла от взглядов к якобы случайным прикосновениям: то дотрагивалась ладонью до его руки, убирая со стола, то, ставя перед ним кружку с элем, едва заметно прилегала ему на плечо, давая почувствовать упругость своей груди.

Джеффри, конечно, заметил уловки служанки, внимательно рассмотрел девушку незаметно для нее самой и нашел довольно миловидной. Когда она особенно смело наклонилась рядом с ним над столом, позволив заглянуть в вырез платья, он решил позвать ее на ночь. Хочешь забыть одну женщину – уложи в постель другую. Но, когда пришло время ложиться спать, Джеффри передумал. Слишком живо он помнил Эллен и не желал никого, кроме нее.

Ночью ему приснилась леди Марианна. Скользя легкой светлой тенью, она приблизилась к кровати, опустилась на табурет возле изголовья и с едва уловимой улыбкой устремила мягкий, но пристальный взгляд серебристых глаз на Джеффри.

– Леди моя! – прошептал Джеффри, зачарованно глядя в глаза Марианны, затягивавшие в светлую глубь.

С прежней улыбкой Марианна протянула к нему руку, которую он с трепетом принял в свои ладони и благоговейно поднес к губам.

– Везде Иоанн! – услышал он ее нежный певучий голос. – Куда деваться от короля?

– Уехать за пределы его владений, моя леди, – ответил Джеффри.

Глаза Марианны приняли задумчивое выражение, и после долгого промедления она решительно покачала головой:

– Нет, я нуждаюсь в тебе именно в Англии.

Джеффри не мог поверить своим ушам: леди Марианна нуждается в нем? Пусть только слово скажет – и он для нее горы свернет! Джеффри тут же вспомнил упреки Дэниса и Эллен, относившиеся к одному и тому же – западне, в которую ее заманили письмом брата. Он принимал в этом участие, видел, как ее пытали. Никакие доводы, что он приводил Эллен в свое оправдание, не обеляли его в собственных глазах. Ведь ему было достаточно убить сэра Гая, а он не сделал этого! К чему сказанные им слова, что он умер бы ради нее? Пустое сотрясение воздуха! Сердце Джеффри упало, как вдруг он ощутил легчайшее пожатие ее тонких изящных пальцев:

– Не укоряй себя. Убить и умереть – разные вещи. Кому, как не мне, знать об этом? – сказала она с едва уловимой усмешкой. – Надо похоронить прошлое, а не копаться в нем, как в ворохе прошлогодних листьев. Ступай в Йорк, сделай так, как обдумывал, и жди.