Академия Хаоса. Лабиринт стихий

— Все не так, — бросил Родерик.

— Сделка состоялась. Дама не требует возмещения репутационных потерь. Все прекрасно!

— Правильным было лишь то твое предложение, где огонь вернулся, и я отправился за Стену. Да, Арнелла пришла ко мне, но поначалу я и не думал, что из-за огня. Я решил, что она, как и предполагалось ее наследственностью, стала путницей, но захотела меня увидеть.

— С чего вдруг? Ты решил, что перед ней открылся весь мир, а может, и не один, но она захотела снова увидеть твою небритую рожу?

— Ты же вот сидишь со мной в этой дыре, хотя наверняка мог бы подобрать себе более симпатичную компанию.

Моррен цыкнул зубом и кивнул.

— Про пару минут, я надеюсь, не надо говорить, что это не так? — добавил Родерик. — Думаю, что как раз из-за этого она от меня и шарахается.

— Не понял.

— Поначалу я пытался быть нежным и аккуратным, — тихо пояснил Родерик, хотя бармен, просочившийся из кухни незаметной тенью, и так старался держаться подальше, всем своим видом показывая, что ему нет никакого дела до секретов магов. — Но огонь не шел. А мне не хотелось потом думать, что ничего не получилось из-за того, что я плохо старался.

Моррен усмехнулся в опустевший стакан.

— Тогда я перестал сдерживаться, — добавил Родерик. — А теперь Арнелла загораживается от меня стулом и боится.

— Значит, ты, так сказать, окатил бедную девственницу страстью с головы до пят, — сказал Моррен. — Выплеснул весь свой сексуальный опыт, накопленный годами беспорядочной половой жизни.

— Всё? — спросил Родерик. — Закончил?

— Излил на нее весь свой пыл…. Да, давай дальше. Хотя мне очень интересно, что именно такого ты сделал, что девушка в шоке. Использовал какие-то приспособления? Зашел не туда? Хотя бы слегка придушил ее в конце? Нет? — Изергаст разочарованно вздохнул. — Да ты вообще не старался.

— Я люблю ее, — раздраженно сказал он.

Моррен изогнул бровь — максимальное выражение удивления, которое Родерик когда-либо видел на его лице.

— Прости, — сказал он. — То есть я конечно видел, что тебя аж трясет от ревности, и это было очень смешно, но я не подумал, что все так серьезно… Это ее огонь тебя зацепил?

— Нет, — ответил Родерик. — Это еще до Лабиринта… Даже не знаю. Все было таким серым, кругом мрак, хаос, безнадега, а она такая искренняя, теплая... И смотрит на меня так… Хочется схватить ее, утащить к себе, спрятать как сокровище и не отдавать никому.

— И в чем дело? Почему не утащил?

— Да потому что у нее огонь! — выпалил Родерик. — Его не спрячешь в мешке и не закроешь в сундук. Чуть надавил, она вспыхнула как факел.

— Самовозгорание? Это плохо. Как бы не пришлось…

— Нет, — отрезал Родерик. — Никакого запечатывания. Я научу ее. Меня с детства воспитывали как будущего мага огня: строгость, самоконтроль, жесткая дисциплина. А она даже не знала, что в ней есть хаос. А потом все сразу: Лабиринт, где она едва не погибла, и я…

— А что жених?

— Я теперь жених. Поеду к императору, как все утрясется.