Заражение души [ЛП]

Явно довольный произведенным эффектом, Ярек на мгновение отступил, словно любуясь видом.

— М-м-м, ты восхитительно тугой. Давно тебя никто не радовал, а?

Его горячее дыхание скользнуло по мошонке Тристана, а затем он снова обратил внимание на сжатую дырочку, действительно тугую. Ярек лизал и лакал его, бесстыдно, жадно, словно полностью погрузившись в его вкус и мускусный запах. Он ощупал его кончиком языка, расслабляя кольцо мышц, уговаривая его открыться и пытаясь протолкнуться внутрь, пока, наконец, не смог это сделать.

И, о Боже, это ощущение его языка, извивающегося там, было слишком, слишком… и в то же время недостаточно. Когда Ярек добавил палец, это было и лучше, и хуже, и все же недостаточно.

Ярек целовал нежные внутренние поверхности разведенных бедер Тристана, медленно, со знанием дела, добавляя больше слюны в его анус. Он бормотал какую-то успокаивающую чепуху, но Тристан едва понимал, что он говорит. Он слышал только тихий голос, слишком далекий, чтобы слушать и отвечать. Он потел и дрожал от желания. Он не мог сказать, сколько пальцев использовал Ярек сейчас, он только знал, что трение ими в нужном месте посылало искры по всему его телу. О да, вот оно! О, пожалуйста!

Должно быть, он произнес это вслух, потому что Ярек довольно рассмеялся, уткнувшись ему в бедро.

— Думаешь, теперь ты готов?

Тристан издал звук, который должен был означать «да», но вместо этого превратился в отчаянный стон. Тем не менее это было очень красноречиво.

— Абсолютно уверен? — все еще наполняя Тристана пальцами, Ярек с легкостью поднялся, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. — Насколько ты хочешь, чтобы тебя заполнило что-то большее? Как сильно ты хочешь кончить со мной внутри себя? — он согнул пальцы, чтобы погладить простату Тристана, и это было жестоко, очень жестоко.

— Ты ждешь, что я буду умолять? — прохрипел Тристан.

— Вовсе нет. Хотя, если тебе хочется умолять, не стесняйся, — массаж продолжался, мучительный и неторопливый.

— Что… что же тогда? Чего ты ждешь? — Тристан отчаянно извивался, но это не могло приблизить его к освобождению.

— Хм. Дай мне подумать, — задумчиво произнес Ярек, подчеркивая свои слова неторопливыми движениями руки. — Как насчет того, чтобы потом рассказать мне маленький секрет в качестве благодарности? Ничего серьезного, ничего опасного для жизни. Всего лишь мелочь. Обещай рассказать мне, почему ты работаешь в полном одиночестве.

— С чего бы мне тебе рассказывать…

— Обещай.

— Хорошо. Хорошо. Я обещаю, — слова слетели с губ Тристана прежде, чем он обдумал их, прежде чем мужчина понял, что это была клятва, которую он вряд ли сможет сдержать.

Мгновение спустя кончик члена Ярека уперся в его растянутую дырочку, и Тристан втянул в себя воздух, когда он дернулся вперед, позволяя внутренним мышцам Тристана втянуть его глубже. Наконец-то, наконец-то. Тристан не смог сдержать нервного смешка при мысли о том, что его практически имеет он сам.