Жена в лотерею

— Вот мы сейчас ее и упакуем, — плотоядно посмотрел на меня будущий муж. — Делай, что велено, Редж.

— Но, может быть, мне все-таки послать к Фиц-Патрик… — пролепетал до крайности шокированный Редж. — Негоже миледи появляться в таком, да еще на собственной свадьбе. Не сочтите за наглость, но вы владеете самой крупной текстильной мануфактурой в стране и ваша невеста должна быть одета соответствующим образом. Да и самой миледи вряд ли понравится…

— А она у меня с придурью, — перебил Теодор, нисколько не смущаясь, что я стою рядом. — Неси миткаль, да поживее. Времени осталось немного.

Сказано это было таким властным, повелительным тоном, что Редж оставил все свои сомнения, и побежал исполнять.

— Что вы задумали? — я сверкнула глазами в сторону владельца самой крупной текстильной мануфактуры в стране.

— Что бы я не задумал, вы будете паинькой и безоговорочно это примите, — эсквайр послал в мою сторону такую зловещую улыбку, что мне сразу поплохело.

— Я напоминаю… — дрогнувшим голосом сказала я. — Напоминаю, что нет совершенно никакой необходимости заключать наш с вами союз. Касательно же приворота, мы придумаем, как его снять, каким бы сильным он не был…

— Неужели вы считаете, что я уже не проконсультировался по поводу того, как развеять действие этой темной магии, с лучшими магами страны?

— И что же сказали лучшие маги страны?

— Обнадежили.

— Вот видите! — обрадовалась я.

— В том плане, что его хотя бы можно попробовать ослабить и он не на всю жизнь. Но более-менее станет ясно лишь по прошествии трех лет, когда пройдет самая сильная, вступительная фаза этого колдовства, — со злостью продолжил Рутланд.

— Трех лет? Господи…

— Я не знаю, кто этот Господи, которого вы упомянули, возможно, маг, который обучил вас темному искусству приворота. Но все эти три года я намерен получать причитающееся мне сполна, миледи.

Теодор сделал ко мне шаг, плотоядно глядя на мои губы, но в этот момент, слава богу, вернулся Редж.

Работник тащил на себе большой, в человеческий рост, рулон полотна.

Было оно не кипенно-белым, а, скорее, серым. И совершенно непрезентабельным на вид. Этакая тоненькая, шероховатая на ощупь и просвечивающая полумарля.

— Что вы хотите…

— Стойте смирно! — велел Рутланд.

Вот сейчас прямо, когда этот эсквайр что-то злокозненное удумал! Я было рванулась назад, но Теодор махнул рукой, и я тут же застыла соляным столбом. Вот так и стояла, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой!

Выходит, у Рутланда была магия и очень даже сильная. Это делало мое положение еще более беспомощным и зависимым от него.

— Для вашего же блага, миледи, — заявил мой мучитель.

А затем развернул полотно и, не церемонясь, рванул от него приличный такой кусок, как будто вкладывая в это действие всю свою злость.

Дальнейшее напомнило мне лагерь «Солнечная полянка», в котором я отдыхала в детстве. Был там такой конкурс — кто быстрее сделает мумию из туалетной бумаги, обмотав ее вокруг подопытного.