Ведьмачья сказка или практика для чародейки

— Плевать, — буркнул он ей в губы за миг до поцелуя. Как же он по ней соскучился!

— Ты же сейчас испачкаешься! — напомнила Брин, едва он выпустил ее, и счастливо рассмеялась, глядя на ведьмака.

— Я и так не очень-то чистый, — отмахнулся ведьмак, собираясь снова заключить ее в объятья, но чуть не сбил миску со стола.

— Осторожнее! — воскликнула Брин.

Пришлось ловить, а чародейка от греха отодвинула миску подальше от края.

— Вот решила борщ приготовить, — махнула она рукой на стол. — Подумала, что после охоты самое то будет. Правда, чуть-чуть время не рассчитала, будет готово только минут через пятнадцать.

Эскелю было плевать и на грязь, и на миску, и на загадочный борщ, ему сначала хотелось зацеловать свою чародейку, а потом уж… Нет, ну насчет борща он, конечно, покривил душой. Необычного красного цвета варево в котелке одуряюще вкусно пахло, и особенно его радовал отчетливый запах мяса. Эскель был действительно зверски голоден. Но сначала Брин, а потом и руки можно помыть и одежду сменить, а то, в самом деле, как свинья.

— Куда немытыми руками? — неожиданно раздраженно вскричала Брин.

Эскель сначала увидел недовольство на ее лице, а потом того, на кого оно направлено. Оказывается, за это время Ламберт успел добраться до кухни и теперь без зазрения совести инспектировал миски.

— А ну брысь со своей грязью от общего котла! — теперь в голосе прозвучала настоящая угроза, даже посуда задребезжала.

Ламберт, заглянувший во все миски и попытавшийся добраться до котла с тем самым борщом, на этот раз угрозой впечатлился и отступил, однако успел прихватить с собой кружочек морковки, из ближайшей посудины.

— Фу, — поморщилась Брин, увидев, как он с хрустом ест эту морковку. — Дизентерии давно не было?

— Никогда, — самодовольно ответил Ламберт. — Ваши дизентерии не про меня!

— Еще раз протянешь грязные руки к общему котлу — на две недели в нужнике поселишься! — со всей серьезностью пообещала ему чародейка.

— Себя вымой сначала, а потом за другими следи, — как-то довольно вяло огрызнулся Ламберт и кивнул на сваленные в углу туши. — Мясом вон лучше займись.

Брин с непередаваемой гримасой любопытства и отвращения осмотрела охотничьи трофеи.

— Мясом займусь, а туши сам разделывай, — девушка, все-таки скривившись, отвернулась.

Ламберт задумчиво осмотрел убитую дичь, фыркнул и вышел из кухни. Эскель и Брин снова остались одни, однако момент и настроение были упущены.