Отблеск величия

Воин еще раз поморщился, а затем развернулся к подчиненным:

— Щербатый, Барсук, отведите жреца к капитану. Если что, рубите ему голову на хрен.

Приставленные ко мне конвоиры не выказали никакой радости по поводу своего назначения, но отнеслись к нему с должным профессионализмом. Вместе мы прошли через обгоревшие, но все еще крепкие ворота, миновали короткий тоннель, а затем направились к стоящему неподалеку от выхода зданию — то ли казармам, то ли очень большой караулке.

В черте города жизнь все-таки продолжалась — несмотря на отдельные разрушения, дома по большей части находились в хорошем состоянии, а встречавшиеся нам люди хоть и выглядели изможденными, но умирать прямо здесь и сейчас однозначно не собирались. Одним словом, дела в Кашере шли более-менее сносно. Во всяком случае, на первый взгляд.

— Сюда.

Отвечавший за вербовку новобранцев капитан оказался худощавым черноволосым мужчиной лет сорока. Думаю, когда-то давно он вполне мог претендовать на звание дамского угодника, но сейчас проходящий через все лицо уродливый багровый шрам и пустая глазница придавали его внешности весьма отталкивающие черты.

Передо мной впервые возник истинный лик войны. Неприглядный и жуткий.

— По какому делу? — сухо поинтересовался капитан, увидев нас в дверях комнаты. — Барсук?

— Сержант велел доставить, — сообщил один из моих провожатых. — Хочет в армию. Говорит, что служит Лакарсис.

Украшенная рубцом щека нервно дернулась, а взгляд покрасневшего от усталости глаза переместился на меня.

— Это правда?

— Так точно.

— Покажи волосы.

Мне пришлось подойти чуть ближе и покрутить головой, демонстрируя шевелюру. Впрочем, результаты осмотра капитана не впечатлили — внимательно рассмотрев мою прическу, он снова поморщился е разочарованно покачал головой:

— Только вылупился из своего храма, так?

— Никак нет. Прошел обучение, участвовал в походе к Рахалле, дрался с превосходящими силами врага, победил.

— Надо же, какой слог, — недобро усмехнулся собеседник. — То есть, что-то умеешь?

— Умею фехтовать и забирать души.

— Лучше, чем ничего.

Пару минут в комнате медленно колыхалась вязкая и томительная тишина. Затем офицер все же принял решение, с грохотом выдвинул один из ящиков стола и достал оттуда лист грубой серой бумаги.

— Будем считать, что опыт у тебя есть. Имя?

— Максим.

— Из лука стрелять умеешь?

— Нет.

— Понятно. Солдатам твоего уровня платят четыре золотых в месяц. Расчет в конце каждой недели. Согласен?

Учитывая местные цены, сумма не казалась хоть сколько-нибудь значительной, однако вместе с ней я получал еду, крышу над головой, а также доступ к ремонтным мастерским и вещевому складу. Во всяком случае, у меня сложилось именно такое впечатление.