Секретная папка СС

– Хэй, – окликнул он их, – если вы ищите вход, то он идет по той лестнице.

Паренек указывал в сторону едва заметного деревянного лестничного марша, расположенного поодаль справа от них, спрятавшегося за набравшей за время цвет молодой ольхой. Путники, не поняв ни слова по-русски, повернули в противоположную сторону.

Пересекши не без легкости стену толщиной больше полуметра, друзья, спустившись по захудалым ступеням, направились, как им показалось, к возможно обитаемой небольшой будке, расположенной напротив в метрах пятидесяти от них.

– Да, – выдохнул Нильсон, когда они спустились и остановились, чтобы осмотреться, – ты видел когда-либо подобное? Совсем другой мир, дружище.

Среди места, обросшего кустарниками, травой, деревьями, приветливо шелестевшими листьями над головами, их взору представился посеревший от времени забор, чуть поодаль от вышки доносился скрип от колыхавшего ее дверцы ветра. Изредка на кольях полусгнившего забора колючая проволока, видимо, часть ее местные жители уже успели растащить на свои нужды, давала представление, что здесь содержали заключенных. Подойдя ближе к домику, из калитки огражденной забором будки, чудом сохранившейся от поселенцев, появилась немолодая женщина, в руке она держала ведро и небольшую лопатку. Обратив внимание на появившихся людей, она смотрела на них будто на внеземных существ. Ковбойская шляпа с полями Нильсона скорее удивляла ее, нежели она просто не ожидала встретить здесь еще людей из какой-либо другой группы.

– Вы из комиссии? – спросила она с любопытством.

Иностранцы были немногословны. Фильчигану как педагогу по естествознанию приходилось изучать несколько языков, одним из которых, в частности, был русский язык. Но так как он был больше увлечен восточной культурой, то России он мало уделял внимания, как оказалось, зря. Здесь, куда, как оказалось, словно переплетаясь, было намного впечатлительнее пост империалистическое и социалистическое мировоззрение народа, по крайней мере, действия россиян были неожиданны, и тем они всегда заставляли находиться духу западников в аналитическом состоянии. Что иногда было бы полезно такой возможностью понять, что ты есть и зачем ты здесь.

– Ми туристс, – сказал Андреас.

– А, – протянула женщина, как бы выходя из забвения, начиная осознавать происходящее.

Она выглядела по-простому, спортивные рейтузы, обтягивавшие практически уже ставшую бесформенной от годов талию, но прикрывавший легкий рабочий халат практически скрывал ее недостатки, на голове косынка как головной убор. Но, несмотря на ее возраст, лицо ее было обаятельным.