Быть его учеником (СИ)

− Ну? − Он постучал пальцами по поверхности стола, у которого стоял. − Все еще не можешь прийти в себя?

Даламару с большим трудом удалось кивнуть. На самом деле, тут каждый бы растерялся, если бы в темной пустынной комнате вдруг резко открылись шторы, являя ночное небо и Рейстлина Маджере собственной персоной, что стоял прямо над тобой, омытый светом всех трех лун.

− Ладно. Если ты еще не готов к разговору, то можешь призвать сюда бутылку вина с твоей потерянной родины. Я знаю, у тебя есть запас. Магия, напомню тебе, работает.

Все было как во сне − странном, безумном сне. Он неловко взмахнул рукой, не веря в происходящее, подхватил возникшую в воздухе бутыль и принялся ее открывать. Хорошо все же, когда тебе говорят, что делать − делаешь и даже не думаешь… Как сомнамбула он налил два бокала и один протянул Рейстлину. Они выпили синхронно.

− Теперь ты обрел дар речи?

− Я не понимаю, шалафи… Рейстлин…

− Нет, Даламар, так не пойдет. Фраза «я не понимаю, Рейст» полностью принадлежит моему брату. От тебя я жду совсем другого. Я очень хочу продолжить свой путь, Даламар. Мое тело еще живо, но я уже не принадлежу этому миру. Но ты знаешь, как я не люблю незавершенных дел. Как не люблю и быть должным кому-то. Итак, я помог этому миру дважды. Я попросил прощения у брата. Я передал посох Магиуса моему племяннику. Мне нечего больше сказать Крисании, по крайней мере, мне ясно дали понять это. Остаешься ты, − его палец нацелился прямо в грудь темного эльфа. − И я тебя слушаю.

«Спасибо, что вспомнил и обо мне напоследок, шалафи».

Даламар снова отпил вина. А потом еще раз, но и второй глоток не прибавил ему красноречия. И даже на дне бокала не нашлись нужные слова. А Рейстлин все смотрел выжидающе.

Наконец, это надоело ему. Он встал, прошелся по комнате.

− Ты сохранил всю обстановку почти без изменений. И здесь, и в лаборатории… Я заметил еще в первый свой визит сюда. Мне это было приятно, правда.

Даламару почему-то было страшно поднимать на Рейстлина глаза, страшно встречаться с ним взглядом. Он упорно разглядывал подлокотник кресла, тогда как его бывший учитель продолжал свою речь.

− Я прибыл сюда сразу после войны Копья. Для меня ворота открылись, и впервые я обрел свой дом. Дом, что принадлежал только мне одному. Конечно, этот дом кишел призраками и проклятыми вещами, мебель разваливалась в прах, слои пыли могли бы укутать, как снег, весь Палантас. Я долго работал, чтобы привести здесь все в порядок. Знал бы ты, как долго я мечтал об этом. Об уединении, о тишине и покое… Об уединении в первую очередь − я ведь провел годы в походах с этой оравой недоу… моих дорогих друзей. И вот, наконец, я был один.

Со мной обитали лишь тихие Стражи, исправно делающие всю работу. Но вскоре мое долгожданное одиночество было нарушено. Не успело минуть то безумное лето, как ко мне в башню явился один молодой эльф. Он валялся у меня в ногах, потрепанный обитателями проклятой рощи. Он только-только прошел Испытание и от этого очень много о себе думал… К тому же, он был шпионом Конклава, я это понял сразу. Но я все же открыл ему двери. − Маг пожал плечами. − Он очень боялся меня, этот эльф, и поначалу старался казаться незаметным. Это плохо у него получалось.

Он умудрялся забираться в самые неподходящие и опасные закоулки башни, умудрялся попадать во все магические ловушки. По ночам он грустно вздыхал о своей потерянной Сильванести − так, что выли Стражи. А днем следовал за мной точно тень, читал мои письма, подслушивал у дверей моих покоев, искренне считая, что я не замечаю. Чуть освоившись, этот эльф тотчас же принялся распивать мое вино, таскать мои колдовские книги, к которым я запрещал ему приближаться − ради его же блага. Пару раз мне пришлось даже исцелить его руки от проклятия − иначе бы он их попросту лишился. Нет, конечно, со временем мне удалось заронить что-то в эту голову. И вот теперь этот эльф передо мной − заполучивший мою Башню, возглавивший три магические ложи. Чего же не хватает ему?

− Этот эльф, − проговорил Даламар будто чужим голосом. − Этот эльф очень хочет знать, зачем же его допустили в башню, если он доставлял столько проблем?

− А, − кивнул Рейстлин. − Это вопрос из тех, что не имеет ответа. Иногда мы все что-то делаем не задумываясь. Просто потому, что хотим этого в настоящий момент. К тому же… − Он чуть усмехнулся. − На самом деле, не так уж и много хлопот было с этим эльфом. Он быстро обучался. В нем была столь же сильна любовь к магии, сколь и во мне самом. Я не скрою, мне было приятно учить его. Было приятно вырастить из волчонка зверя, что в один прекрасный момент захочет перегрызть мне горло. Как завещано праотцами Черной ложи, мой юный Даламар… Разве не на этом мы и закончили? Правда, за тебя мне горло перегрызла пятиглавая драконица…

− Я предал тебя дважды, − сказал Даламар.

− Ничего. − Рейстлин пожал плечами. − В нашей ложе это не редкость… Во имя всех богов, Даламар, только не снова!

Одним броском он оказался перед своим бывшим учителем, разрывая свое одеяние на груди.