Стратегия обмана. Трилогия (СИ)
- Автор: Ванина Антонина
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: СИ
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Стратегия обмана. Трилогия (СИ)». Краткое содержание книги:
- Вот именно, мистер Пэлем. Так почему же вы считаете, что людские души менее хрупки, нежели тела?
И Ник призадумался. Он не был особо подкован в вопросах веры, чтобы устроить диспут на равных. Да даже если бы и был, с семисот семидесятилетним альваром этого бы и так не получилось. Однако Ник тут же вспомнил о своей тётушке Джесс Сессил, обладающей отменным здоровьем, но всё время расстраивающейся по всяким пустякам. "Оно нарушило мое душевное равновесие" - постоянно говорила тётя Джесс, когда на неё наваливалась чёрная меланхолия. А случалось это по нескольку раз в месяц. Тут-то невольно задумаешься, что легче вылечить - депрессию или аппендицит. Последний хотя бы можно вырезать, а депрессию из головы не вынешь.
- То есть, формально Игнатий Лойола был еретиком? - решил уточнить Ник. - А как же тогда он стал святым?
- А вы верите, что действительно стал? - задал ему встречный вопрос отец Матео.
Ник даже растерялся, не зная, что и ответить монаху. Из них двоих только Мурсиа был католиком.
- А вы, значит, не верите? - чуть ли не с укором вопросил Ник.
- Я уже давно не молод, мистер Пэлем, вся моя жизнь наполнена верой, но верой в Единого Бога, а не в Лойолу. А ещё я знаю, что собой представляет созданная им чёрная гвардия Ватикана и для чего она была создана.
- И для чего же?
- Для такой обыденной вещи как политика, мистер Пэлем. Тогда шел 1540 год, самый разгар Реформации, а орден иезуитов стал для папы инструментом теологической борьбы с ересью протестантизма. С тех пор прошло уже 427 лет и сейчас в мире живет около семисот миллионов человек, кто называет себя протестантами. Так что судите сами, насколько успешно иезуиты отрабатывали свой хлеб. Хотя, как христианин я не вправе никого осуждать.
- Как же вы тогда работали в Инквизиции? - решил поймать его на слове Ник.
- Я был всего лишь квалификатором, а не инквизитором.
- И что это значит?
- Выражаясь современным языком, я был экспертом в области права, а не прокурором, и, тем более, не был судьей.
- И скольких после вашего экспертного заключения отправили на костер? - Ник тут же пожалел, что спросил это, ибо вслух вопрос прозвучал очень грубо.
- За десять лет службы только одного, - без тени обиды ответил Мурсиа.
- Всего?
- Вам мало? - поддел он Ника.
- Да нет, - растеряно произнёс тот, - просто думал, что вы скажете про пятьдесят или сто человек.
- Стольких заподозренных в ереси я опрашивал в год.
- И что с ними было потом, после вас?
- Они каялись и отрекались от ереси.
- А потом?
- Потом возвращались домой и жили как раньше. Вам дико это слышать, мистер Пэлем, или вы думаете, я вас обманываю?
- Нет, что вы, - поспешил заверить его Ник, - просто это не совсем то, что мне приходилось читать и слышать об Инквизиции.
- Разумеется не то. История, знаете ли, делится на подлинную и ту, что описана в учебниках. А та, что описана в учебниках, расщепляется на множество других историй, на любой вкус, так сказать.
- То есть, всё было не так как в книгах, - заключил Ник.
- Видимо, вы ожидали услышать от меня что-то об охоте на ведьм...
- Если честно, да.
- Тогда спешу вас разочаровать. На ведьм охотились протестанты, а не католики. Особенно в вашей старой доброй Англии. Это у вас несчастных женщин сдавали властям за вознаграждение, а после вешали или топили.
Тут Пэлем не мог не заступиться за честь страны.
- Можно подумать, испанская Инквизиция была образцом человеколюбия.
- Покаяние, мистер Пэлем, вот и всё, что было нужно для свободы. Ни пытки, ни штрафы, только раскайся в грехе и никто не тронет тебя и пальцем.
- Вот так просто? Извиниться, сказать, что заблуждался и никакого костра?
- Игнатий Лойола так и сделал, - ответил бывший квалификатор, хитро улыбнувшись.
- Жалеете, что тогда ему поверили?
Мурсиа пожал плечами и ничего не ответил.
- А тот единственный ваш подследственный, которого отправили на костер, что же, не захотел каяться? Даже для вида?
Мурсиа еле слышно вздохнул. Видимо ему до сих пор было неприятно вспоминать о том человеке и его участи:
- Он искренне верил в то, что считал правдой и не захотел отрекаться от ереси, ни искренне, ни для вида, как бы я его об этом не просил и не уговаривал.
- Так вы просили его солгать перед судом? - поразился Ник.
- Я знал немало закоренелых грешников, которые к концу жизни всем сердцем отрекались от зла и начинали вести жизнь праведников. Я верю в искупляющую силу покаяния, и верю, что прийти к нему никогда не поздно, главное только прийти. Но... полагаю, вы тоже не считаете абсолютно все законы своего королевства справедливыми и мягкими. К тому же тот человек помимо ереси обвинялся и в убийстве посредством яда. К смерти его приговорил светский суд, так как церковный не имел на это право.