Жизнь в эпизодах [litres]

Но это все житейские мелочи. Главное, что мамина интуиция подсказывала ей в куда более серьезных вещах.

Однажды на отдыхе (мне было тогда пять лет) мы с маленьким другом отравились в столовой кефиром. Его увезли в реанимацию, а меня родители не отдали. Это была страшная ночь. В лихорадке я спросила: «Мама, а кто эта белая тетя на кресле?» Помню стакан с разведенной марганцовкой и мамин голос: «Катенька, пей, умоляю тебя, пей!» Родители в ванной делали мне клизму, держали мое обмякшее тельце над унитазом, когда меня рвало, сбивали жар, обтирая теплой водой. Вечером следующего дня я уже побежала на танцы. Медсестра из медпункта санатория смотрела на меня, как на привидение. Но осуждать маму перестала. В родительских руках мне было легче бороться.

Мама была на страже не только моего здоровья, но и счастливой судьбы. Так, прислушавшись к внутреннему голосу, мама записала меня на детский конкурс талантов в Доме культуры шахтера – на «Золушку-92». Кстати, если бы не ее чутье, моя сестра не смогла бы поставить мне танец для конкурса. Ужасно это представлять, но ее могло бы и вовсе не быть. Однажды, еще когда мама с сестрой жили в Перми вдвоем, перед сном она попросила Лену лечь вместе, хотя обычно они спали в разных комнатах. В ту ночь со стены в спальне сестры сорвалась книжная полка, которая висела ровно над ее кроватью.

Конкурс я помню плохо. Очень ярким помнится только эпизод, когда я сама понесла со сцены наше «Лебединое озеро» на стол жюри. После презентации у меня хотели забрать поднос с десертом, но я его не отдала со словами: «Мне мама сказала самой отнести». Произнесено это было в микрофон, слышали это все и по-доброму посмеялись. Я помню стол жюри в темноте зрительного зала с настольными лампами для каждого из четырех человек и освещенные ими листы бумаги с записями. Я проворно шла с подносом, ощущая приближение победы. И я победила! Мне вручили оранжевую ленту «Золушка-92», которая до сих пор хранится среди сувениров, и корону. Она, к сожалению, утеряна. Но я помню, какая она была красивая! Из блестящих фиолетовых пайеток на проволочном каркасе. Корону взяла на какой-то утренник моя тетя, мама моей троюродной сестры Риты, та с тех пор и пропала. Эх, грусть-тоска! Жаль, что у моих родителей не было видеокамеры. Видео с конкурса нет, но есть фото, которые я каждый раз с радостью смотрю на слайдах нашего старенького проектора! Это была наша первая с мамой большая победа. Я пощупала большую сцену.