Ночь до дедлайна
- Автор: Фред Винни
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Ночь до дедлайна». Краткое содержание книги:
Месяц назад мы не знали о существовании друг друга. Неделю назад - не были лично знакомы. Двадцать часов назад она называла меня на «вы» и впадала в ступор от предложения сходить куда-нибудь на выходных. А сейчас спала в моих руках, в пижаме с зайцами, и я ощущал себя так, как будто это было всегда. Утыкался в неё носом и дышал глубже, чувствуя себя зверем, цель жизни которого - защитить своего человека. Просто дышать ею и чувствовать себя на своём месте. Дома.
--
Он перевернул мою жизнь с ног на голову, разрушил все мои барьеры, высмеял все мои проблемы, и отбросил, как несущественные. Это безумие, считать, что я могу ему нравиться. Но чем дольше мы вместе, тем лучше я понимаю, что перевёрнутой моя жизнь была до него, а сейчас наконец-то становится нормальной.
- Говори громче!
И я сказала:
- Здравствуйте.
- Ну привет, - усмехнулся он, - дальше?
- Извините, что беспокою, но я не знаю, как называть вас на «ты».
Он тихо рассмеялся, я потёрла глаза и поняла, что прочитала что-то неправильно, мой шпаргалочный листик меня подвёл. Михаил насмеялся, глубоко вдохнул и медленно выдохнул:
- Как же ты мне дорога, Алиса Бойцова-Стажёр… Так, соберись. И чётко скажи мне, зачем ты звонишь.
- У меня макет в типографию передаётся уже полтора часа, а передалось восемь процентов.
Он поражённо присвистнул, сказал серьёзнее:
- А ну дай мне редактора.
- Его здесь нет. Тут никого нет, я одна, и чай остыл. И есть нечего. И метро скоро закроют.
- Тебя оставили заливать макет?! Одну?
- Да.
- Гады, вообще берега потеряли. Я сейчас приеду.
Он положил трубку, я медленно опустила телефон на стол, потом так же медленно опустила на стол голову, сверху положила руки и застонала от стыда и досады так, что были бы рядом волки - поддержали бы всей своей тоскливой душой. Как я могла это сказать? Почему именно это? Где находится мой мозг, когда язык разговаривает с Михаилом? И почему он потом приходит обратно, предатель, бросил меня - там бы и сидел!
Мозгу было стыдно, но никуда деться из головы он не мог, точно как я из офиса.
= 4. Отступление первое, Михаил
Эту шарашкину контору давно пора было бросить.
Я увольнялся уже два раза, Василич каждый раз уговаривал посидеть ещё чуть-чуть, пока он не найдёт замену, но это становилось невыносимее с каждым днём. Я ему ещё после первого месяца сказал, что эту богадельню дешевле будет закрыть и сдавать помещения под склады, но "Стим" был дорог ему как память, он когда-то создал его с нуля, сам искал помещение, сам разрабатывал концепцию первого выпуска, сам брал интервью и сам верстал макеты, даже по киоскам журналы развозил сам, и всё у него тогда отлично получалось. Потом журнал раскрутился, Василич разленился, ему стало скучно, он нашёл нового главреда, а сам пошёл качать другие проекты, на время забыв про журнал. И вспомнил о нём только тогда, когда издательский дом, за эти годы разросшийся до восьми редакций под одной крышей, внезапно стал убыточным.
Василич направил сюда людей, всё проверил, и выяснил, что продажи падали понемногу, киоски сдавали остатки всё в больших объёмах, и постепенно переставали закупать неходовые издания вообще. И вот тут на арене цирка под названием "Стим" и появился я. Василич красиво меня окрутил, прямо восхищение берёт - пригласил в ресторан, мы выпили, повспоминали старые времена, он умеет рассказывать, весь такой вальяжный и познавший жизнь, его приятно слушать. Он рассказывал, как начинал, как было тяжело, но он всё преодолел и со всем справился, он был молодой и энергичный, и резал правду-матку без купюр, точно как я.
И я растёкся, пьяный дурак, и согласился ему помочь. Он закинул мне феерический аванс, и заставил подписать контракт, по которому я беру на себя обязанности арт-директора "Стима" на год, и я официально пообещал ему вывести журнал на новый уровень. А неофициально он попросил выяснить, какая сволочь довела его возлюбленный "Стим" до того днища, на котором он находился в тот момент. Я согласился, что сволочь должна быть наказана, и пообещал со всем разобраться и всё порешать. Идиот.
Потом протрезвел, прочитал контракт, и увидел, что весь тот феерический аванс, который лежал у меня на счету, был моей годовой зарплатой, и если я уволюсь раньше, чем отработаю её, то недоработанное обязуюсь вернуть.
Но мне были нужны эти деньги, я начинал небольшой бизнес, а на старте деньги улетали с бешеной скоростью, и коварный Василич об этом знал как никто другой, он это сто раз делал. И я попался, и на всё согласился. Отработать всего лишь год, на непыльной работке с гибким графиком, за которым никто не следит - что может быть проще?
Я передумал довольно быстро. Бизнес вышел на самоокупаемость, потом начал приносить прибыль, и та сумма, которая полгода назад казалась феерической, теперь стала вполне подъёмной, я готов был заплатить за своё освобождение от этой каторги и побольше. Но Василич меня опять уговорил, он умел убеждать, не зря он вырос до таких высот.
Но сегодня я всё-таки уволюсь, закончу с июньским номером, передам дела Ирине, и никогда больше здесь не появлюсь, гори этот "Стим" огнём, грёбаное болото.
Я поставил мотоцикл, снял шлем и взлохматил волосы, глядя в зеркало заднего вида - пора стричься. Автоматически поймал в отражении изящную женскую фигурку, идёт по краю дороги, качается на своих каблуках, птенчик. Мамина помада, сапоги старшей сестры… А вот задница что надо.