Танасори

— На осколке могла находиться часть зелья, — еще больше хмурясь, и промокая платком сочащуюся рану изрек Танасори, встречаясь с ней взглядом. — Ядовитость цикуты сохраняется при варке и сушке… Эйя, пожалуйста, скажите, что Вы еще обработали растение каким-либо образом.

Начиная понимать, к чему он клонит, девушка побледнела, отрицательно качнув головой.

— В таком случае… прошу меня извинить за это, — мужчина резко склонился вперед, вбирая ее пораненный палец в рот, и начиная высасывать кровь с возможным вкраплением яда.

Эйя дернулась, понимая, что сейчас этот сумасшедший подпишет себе смертный приговор! Однако Танасори держал ее крепко, и она чувствовала, как из ее конечности толчками в горячий рот направлялась багряная жидкость. Живительная сила, что грозила сейчас стать для своей же хозяйки билетом в один конец.

— Господин Танасори! — Эйя стала упираться, стараясь отстранить от себя мужчину.

Действующим началом в растении являлся цикутотоксин, поражающий центральную нервную систему. Если яд, не успевший разлиться по ее телу, попадет в его кровь…

— Господин Танасори, отпустите!

Однако мужчина лишь сильнее сжал ее запястье, не позволяя пальцу покинуть его ищущие губы.

Это был кошмар. Эйя с каждой минутой, с каждым тянущим движением его рта понимала, что этот день, кажется, станет последним не только для обезумевшего сына Первого Советника, но и для нее, как только узнают, что это она виновата в смерти наследника древнего рода.

Вех ядовитый, он же цикута, настой которого сейчас оказался на полу, и который она собиралась быстро вытереть, необходимый ингредиент для зелий, оказывающих успокаивающее, потогонное, противосудорожное средство, тот, что был способен проявлять болеутоляющее действие при болях в пояснице, ревматизме, мигрени и являлся основой в зельях для борьбы с раковыми клетками, он же был одним из наиболее ядовитых растений.