Мой желанный враг
- Автор: Сокол Елена
- Серия: Истории любви и страсти #7
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Мой желанный враг». Краткое содержание книги:
- Не баба, а девушка. Это моя девушка, Марк, запомни. На этот раз у меня всё серьёзно.
- Вау. – Усмехнулся я. – Стало быть, поэтому ты всаживаешь в неё столько бабла?
В следующее мгновение он ухватил меня за грудки и подтянул к себе.
- Я трачу столько, сколько хочу. Ясно? – Прорычал мне прямо в лицо. Затем медленно расцепил пальцы и опустил руки вниз. – Это мои деньги, я их заработал. Или, может, у тебя другое мнение?
Я сделал шаг и кивнул.
- Тебе пора включить голову, Воскресенский. Эта твоя…
- Полина. – Подсказал он.
- Эта твоя Полина ничем не лучше остальных. Откуда ты притащил её? Из какого-то Мухосранска? Значит, должен понимать, что она там всем колхозникам отсосала, а теперь тебя окучивает! Да у неё одно бабло в глазах, а ты для неё – лишь способ его получить. Они все одинаковые, каких бы овечек из себя не строили, поверь моему слову.
- Она не такая. – Тяжело дыша, сказал Вик. И ввинтил мне в грудь свой палец. – Не такая, понял?
- Ну да. – Хмыкнул я, оглядывая его с жалостью.
- Со мной первый раз такое, Марк. Я не знаю, что это, но чувствую, что могу доверять ей. Чувствую, что это на всю жизнь.
- Ого! – Мне стало смешно. – Ты серьёзно?
Вик положил свои ладони на мои плечи.
- Я прошу тебя, Марк. Посмотри на меня. – Он дождался, когда я подниму взгляд. – Прошу тебя вести себя с ней прилично, хорошо? Полина совсем другая, не обижай её. Обещай.
И в этот момент я решил, что сделаю вид, будто прогнулся.
- Да. Как тебе угодно. – Шумно выдохнул. – Если придётся быть паинькой, чтобы ты мог трахнуть свою колхозницу, значит, я побуду паинькой.
Полина
Никто и никогда не обращался со мной таким образом. Никто не унижал подобными словами. «Соска»! Что это, вообще? Что означает? Хотя, я догадывалась, и от этого становилось только обиднее. Щёки горели от ударившего в них жара, а коленки тряслись от холода и злости.
Я ёрзала на диване, не решаясь встать и уйти. Если бы можно было убежать незамеченной, то так бы и сделала, но единственный путь отсюда проходил через лестницу, внизу которой стояли мужчины. Сталкиваться ещё раз с этой сволочью прямо сейчас мне не хотелось.
Меня отчаянно лихорадило. Что он подумал обо мне? Что я проститутка? Но ведь я прилично одета, пришла сюда со своим молодым человеком. Или, может, я недостаточно респектабельно выгляжу? Не ровня такому обеспеченному человеку, как он?
Да пошёл этот Марк! Ничтожество!
Единственное, о чём я сейчас жалела, так это о том, что растерялась, услышав обидные слова. Не сразу поняла, что мне прямо в лицо могут сказать что-то такое. Зависла, потеряла дар речи, а нужно было шарахнуть с размаху ему по роже, чтобы не потерять чувство собственного достоинства окончательно.
А теперь сижу тут. Жду. Ну, точно как та, кем он меня обозвал!
Чёрт, Полина, где же твоё самолюбие?
Я решительно встала, выбралась из-за стола и подошла к основанию лестницы.
- Я уволил его.
- Ты его что? В смысле?
- Немножко подрихтовал ему рожу и выпнул ногой под зад.
- Чёрт, нам нужно было сначала со всем разобраться!
- С чем тут разбираться, Вик? Эта тварь посмел сунуть свою лапу в наши счета!
- Он ведь оказался в трудной ситуации.
- В трудной? О’кей. Тогда этот урод должен был подойти к нам с тобой, рассказать о своём положении и попросить денег, а не переводить их молча на счёт своей бабы!
- Но нам некому больше доверять. Мы не можем поставить на эту должность кого-то с улицы.
- И ему мы тоже больше доверять не можем. Скажи спасибо, что я не скормил его собакам, меня так и подмывало вчера это сделать!
- Спасибо.
- Нам нужен человек, который займётся этим вместо этого увольня.
- Кто?
- Кто-то достаточно жёсткий, чтобы уметь противостоять всей это шобле, которая постоянно пытается нагреть нас на бабки.
- Я могу позвонить своему дядьке, у меня больше нет никого на примете. После смерти моего отца он живёт обособленно, ни с кем не общается, но в молодости отлично справлялся с подобной работой.
- Звони. – Отрывисто сказал Марк.
И в тот момент, когда он начал оборачиваться, я отшатнулась и рухнула обратно на диван. В груди заклокотало от возмущения и волнения, пальцы нервно затеребили край юбки.
Всё чужое. Всё мрачное, странное, дикое. Мне не нравится тут. Не нравится в этом городе. Мне хочется к маме, но мама… И в защипало от подступающих слёз.
Шаги приближались.
Я слышала их даже сквозь шум музыки.
Сделала вдох, расправила плечи и повернулась. Марк поднимался первым. Поступь хищника, подобие улыбки на чувственных губах, пугающий холодный взгляд, в котором странным образом уживались равнодушие и злость.