Тень драконьего крыла [litres]

Сложилось впечатление, что мне снова удалось вызвать у Шайрэна удивление, хотя внешне он этого никак не показал. Внимательно меня выслушав, он сохранил на лице лишь легкую заинтересованность, но каким-то шестым чувством я понимала, что мои слова его пусть и немного, но все-таки удивили.

– Польщен высокой оценкой своих качеств, – произнес лорд. – И, должен признать, ваше желание разобраться в местных законах мне абсолютно понятно.

Наш разговор прервал вернувшийся Дрейк, в руках которого находились светлый полушубок, изящные сапожки на невысоком каблуке и сверток, из которого вскоре были извлечены пушистые белые рукавицы и белая же меховая шапка.

Опустив ношу на диван, он обратился к Шайрэну:

– Правитель ждет тебя в тронном зале.

– Подождет, – спокойно ответил тот, не сводя с меня взгляда. – Передай, что я занят и буду примерно через час.

А вот теперь удивилась я, причем удивилась – это еще мягко сказано. Конечно, о местных нравах и порядках мне не было известно практически ничего, но чтобы приказы монарха вот так запросто игнорировались его же советником… это находилось за пределами моего понимания.

Не в пример мне, Дрейк ничуть не удивился и, не проронив больше ни слова, вновь покинул покои, оставив нас наедине. Почему-то сейчас это стало восприниматься еще острее, чем прежде, но мне все еще удавалось не выдавать некоторого напряжения – по крайней мере, я на это надеялась.

– Чтобы в полной мере понять действие законов, установленных Верховным советом магов и Межмировым министерством, под покровительством которого вы находитесь с момента попадания в Дагорию, вам необходимо знать историю нашего мира. Особенно ту ее часть, что касается драконов, – возобновил наш разговор Шайрэн. – Дело в том, Эльвира, что законы, установленные горсткой верховных магов, соблюдаются драконами лишь до того времени, пока они не идут вразрез с нашими интересами. Клан Райхар – один из самых уважаемых и могущественных среди всех драконьих и правящий – среди водных. Формально вы можете подать прошение в министерство, ходатайствовать об отмене участия в отборе и возвращении в родной мир. Но… – Уголки его губ чуть приподнялись, однако глаза остались серьезными. – Поверьте моему слову, которое вы столь высоко оценили, что это ни к чему не приведет. Ответ вы получите не раньше, чем успеет завершиться отбор.