Аквамарин их глаз

— Очень даже можете, — профессор отложил книгу, — если подсобите найти нормальную книгу об Атлантиде, а не всю эту муру.

— О! Интересная тема, — одобрительно кивнул библиотекарь. — Дайте-ка посмотрю, вы так много набрали…

Мужчина с залысиной нагнулся и начал изучать каждый кирпичик зиккурата из книг, проводя тонким пальцем по упитанными и не очень корешкам.

— Ммммм… — звук, который издал библиотекарь, скорее напоминал громыхание старого, списанного с производства трактора. — Похоже, вы перебрали все, что у нас есть на эту тему.

— Ваш каталог говорит так же, — вздохнул Грецион. — Видимо, машинам здесь контроль над людьми правда не светит.

— Нет, может что-то и затерялось в секции А-2…

— Я схожу, — вставая, чуть не крикнул Хуан, которому разговоры уже изрядно наскучили. Испанец развернулся и зашагал вперед, но остановился и развернулся, сквозь красненькие очки смотря на библиотекаря. — А это где?

— Прямо, направо, между шкафов два и три.

Когда Альтерего скрылся из виду, Грецион решил бить не поражение.

— А вас цвет ваших глаз не смущает? — уточнил профессор, откидываясь на спинку стула.

— Только слегка, — признался библиотекарь, продолжая стоять. — Знаете, у меня всегда были красивые голубые глаза. Ох, как в молодости за мной щеголяли девушки…

— Знакомо, — кивнул профессор, не став уточнять, что за ним и сейчас иногда щеголяют — в основном самые наивные студентки во время сессии. Грецион обычно обращал внимание на размер мозга, а не груди, хотя второй фактор тоже считал немаловажным.

— И мне просто кажется, что у меня что-то с ними случилось. Может, из-за неправильного питания. Они просто стали чересчур яркими. Я записался к врачу, не переживайте.

Библиотекарь нервно подергал пиджак, как котенок листок бумаги, подвешенный на веревочку. Потом чуть склонился к Психовскому и прошептал:

— Хотя, знаете, я начал замечать, что много у кого глаза стали точно такого же цвета! Прямо совпадение какое-то.

— О, не думаю. Как там пела одна замечательная группа? Может это всё совпадения, верю я себе и не верю я[2]…

Хуан же слегка заплутал между шкафов, но, благо, библиотека оказалась не такой большой. Пара алфавитных указателей помогла испанцу сориентироваться и не потеряться в книжном лабиринте, который порой мог оказаться коварней любого зачарованного леса.

Книги теснились на полках, чуть ли не выпадая — видимо, сюда редко кто захаживал. Альтерего принялся рассматривать корешки, читая то жирные и хорошо различимые, то тонкие и неразборчивые заголовки — пока ничего, связанного с Атлантидой, испанец не нашел.

Так он прошел несколько рядов, разглядев все шкафы так тщательно, что уже мог отличать пылинки на них. Хуан понял, что пора возвращаться — и лениво, с напрочь убитым настроением, поплелся обратно.