Чугунные сапоги-скороходы [litres]

Тот удивился: «Откуда вы знаете, как меня зовут?» – «Так я же объяснила, мы феи», – повторила ты. Не догадался парень, что ты распространенное имя наобум назвала. И это сработало. Он нас посадил, воды дал, бутербродами поделился. Мы всю дорогу смеялись, анекдоты рассказывали. И ведь сбылись твои слова, у Николаши теперь есть и семья, и дети, и внуки, и жена любимая, и зарплата шикарная.

– Вы что, с шофером этим дружите? – удивился Вадим Борисович.

– Ага, – подтвердила Ада Марковна, – он наш заведующий гаражом, классный мужик! Рина, если ты сейчас не выйдешь, Никита с Димоном тебя вытащат и в нашем офисе в спецкомнате запрут. Потому что ты не Рина, а какая-то чужая баба, ты моей лучшей подругой сейчас прикидываешься, та ничего и никого не боится.

– Это я, – пролепетала мать Ивана. – Дюдюля, скажи, она улетела?

– В квартире нет никого кроме нас, – заверил Димон, – выползай. Мне тоже есть, что про тебя рассказать, поэтому я пребываю в изумлении. Чего ты трясешься? А ну иди сюда!

Коробков схватил Ирину Леонидовну за плечи, вытащил ее в коридор и велел:

– Идем в столовую!

– Ее там точно нет? – тряслась Рина.

– Двигаем в комнату, – приказал Коробков, – я хочу чаю! С чем-нибудь вкусным! Алле, Ирина Леонидовна, у тебя есть что пожевать?

Моя свекровь моргнула и вздрогнула:

– Да! Естественно! Борщ с черносливом, картофельная запеканка, пара салатиков, булочки с корицей.

Я обрадовалась, включилась домашняя хозяйка, значит, мать моего мужа пришла в себя.

– Шикарно, – обрадовался Никита, – я съем все.

Мы направились в столовую, я первая схватилась за вилку. Да, собиралась сегодня весь день провести на диете, но не стоит сейчас нервировать Рину заявлением: «Что-то аппетита нет». Завтра отниму у себя все вкусное, что ведет к ожирению.

Некоторое время в столовой раздавался только стук приборов. Когда Димон в третий раз потянулся к блюду с котлетами, Дюдюля обратилась к подруге:

– Объясни, что произошло?

Ирина Леонидовна вздрогнула.

– Она тут летала!

– Ведьма на метле? – предположил Никита.

– Нет, – совершенно серьезно ответила моя свекровь, – здоровенная такая!

– Муха? – решил пошутить Димон.

– Бабочка, – уточнила Ирина Леонидовна.

Повисла тишина, потом Дюдюля повторила:

– Бабочка? Из-за нее мы как оголтелые неслись по шоссе, народ распугивали, включили режим А?

Ирина Леонидовна прижала руки к груди.

– Понимаю, это звучит глупо. Но я до паники боюсь бабочек.

– Они же не кусаются, – удивился Никита.

– Да, – согласилась Рина, – но как подумаю, что эта тварюга сядет мне ночью на лицо…

Ирина Леонидовна замерла с открытым ртом, потом прошептала:

– Она тут, – сползла со стула и спряталась под столом.

– Точно! – засмеялся Димон. – Парит над комодом.

Я вскочила, сбегала на кухню за полотенцем и примчалась назад с вопросом:

– Где?

– Над миской с салатом, – уточнил Никита. – Какая-то странная.