Мышление разведчика. Почему одни люди видят все как есть и принимают правильные решения, а другие — заблуждаются

Наши убеждения служат одновременно для достижения таких разнообразных целей — это один из парадоксов человеческого бытия. В результате мы неизменно идем на компромисс.

Мы ищем компромисс между принятием правильного решения и принадлежностью к группе. Если вы живете в тесно сплоченной общине, возможно, вам будет легче в нее вписаться, используя взгляд солдата, чтобы отражать любые сомнения в основополагающих верованиях и системе ценностей общины. С другой стороны, если вы позволяете себе подобные сомнения, возможно, для вас будет лучше отвергнуть взгляды своего сообщества на мораль, религию или гендерные роли и сознательно перейти к менее традиционалистской жизни.

Мы ищем компромисс между принятием правильного решения и убедительностью. Одна моя подруга когда-то работала в известной благотворительной организации и все время удивлялась, как это президент организации умудряется убедить самого себя, что каждый доллар в бюджете организации расходуется с умом. Так президенту было проще уговаривать потенциальных жертвователей. С другой стороны, самообман президента приводил еще и к нежеланию завершить неэффективные программы — ведь с его точки зрения они были эффективными. «Когда кто-то пытался доказать ему совершенно очевидные вещи, он устраивал целую дискуссию», — вспоминала моя подруга. В этом случае мышление солдата помогало президенту благотворительной организации собирать пожертвования, но мешало рационально использовать собранные деньги.

Мы ищем компромисс: как принять правильное решение и поддержать моральный дух. Если вы разработали план и хотите его внедрять, можно сосредоточиться только на его плюсах («Потрясающая идея!»), чтобы проникнуться энтузиазмом и мотивацией для выполнения плана. С другой стороны, если вы начнете рассматривать этот план, чтобы найти в нем недостатки («Каковы негативные стороны? В каких обстоятельствах это может не получиться?»), вы с большей вероятностью обнаружите, что существует другой, более удачный, план и внедрять следует его.

Мы идем на эти компромиссы и на многие другие все время, обычно даже сами того не сознавая. В конце концов, весь смысл самообмана в том, что он происходит подсознательно. Если бы мы могли поймать себя на мысли: «Следует ли мне признаться самой себе, что я провалила проект?» — сам этот вопрос уже не нужно было бы задавать. Поэтому выбор приоритетной цели в каждом конкретном случае остается за нашим подсознанием. Иногда мы выбираем взгляд солдата, достигая своих эмоциональных или социальных целей за счет ясности видения. Иногда мы выбираем взгляд разведчика и ищем истину, даже если она подрывает на корню наши надежды.