Ты обещала не убегать

— Билет до Парижа и новый паспорт. Горский напряг многих, чтобы тебя не выпустили, но где он и где я? Лети к ней, — подмигнув, дед улыбнулся мне по-доброму, а потом, прокашлявшись, жестко добавил:

— У тебя неделя.

Я даже не стал спрашивать откуда он все знал, но прежде, чем принять конверт, я обязан был понять мотивы деда.

— С чего такая щедрость? — недоверчиво посмотрел на него, ожидая подвоха.

— Ты, Тимур, очень похож на меня. Ты жесткий, упрямый и не умеешь прощать. Мы с тобой на многое можем закрывать глаза, но только не на предательство. Я хочу, чтобы ты своими глазами увидел, что эта маленькая лживая тварь никогда тебя не любила. А ты ради нее готов разрушить дело всей моей жизни!

— Не смей, — на повышенных тонах отчеканил я.

Дед всегда был для меня всем. Он был моим идеалом. Моим другом. Единственным родным человеком. Я никогда ему не перечил и всегда с уважением относился к его словам. Но сейчас он перегибал!

— Ты забываешься! — осек меня он. Дед докурил сигарету и пальцами, не глядя, пытался выбрать следующую. Он был на грани. Я впервые поднял на него голос. — Я не посмотрю, что ты мой внук, Тимур! Пока ты любуешься ее фотографиями, громишь свой дом и мой бизнес, она живет с другим! Два месяца в одной квартире! Или ты настолько наивный, раз полагаешь, что она все еще ждет тебя?

— Нет, дед! Ты не понимаешь! — я попытался сбавить обороты. Ссора с дедом — это последнее, чего я сейчас хотел. — Этот Амиров, он же человек Горского. Он просто пользуется ситуацией, возможно, обманом или клеветой заставил ее…

— Это ты не понимаешь! — перебил меня старик, сжав и разломав в своем кулаке все оставшиеся сигареты. Затем открыл верхний ящик стола и швырнул на стол какие-то бумаги. — На, почитай! Ты же лингвист вроде! Перевод с французского тебе, я так думаю, не нужен.

Он встал, опираясь на стол, и начал шагать по кабинету из угла в угол, следя за мной исподлобья глазами.

— Что это? — я кинул взгляд на стопку документов, похожих на копии каких-то выписок.

— Читай, Тимур, внимательно читай! — глуховатым голосом ответил дед. — Особенно обрати внимание на графу, где указано отцовство и срок ее беременности.

Что только сказал старик? Беременности? Чьей беременности? О чем он вообще? Онемевшими руками я взял бумаги и попытался разобрать, что там написано, но буквы упрямо скакали перед глазами, не желая складываться в слова. Этого просто не могло быть!

— Читай, Тимур! Вслух читай! — врезался в меня победный голос деда. — Или ты все еще думаешь, что ее обманули? Или заставили?

— Миронова Ксения, 18 лет. Дата приема: 2 декабря, — начал монотонно читать бумаги, совершенно не понимая, как я залез во все это дерьмо. — Диагноз: беременность, срок 7 недель. Отец: Амиров Валерий, группа крови 1…

— Думаю, не стоит напоминать, что из страны твоя ненаглядная Миронова или как там ее, Горская, улетела больше двух месяцев назад.

Я не заметил, как выписки выпали из моих рук и рассыпались под ногами. Я не помнил, как встал и вышел из кабинета деда. Я не знал, как спустился вниз и вышел на улицу. Я не чувствовал, как холод пробирал меня до костей. Я лишь повторял то, что увидел: