Побег в леса. История мальчика, который выжил [litres][Gone to the Woods: Surviving a Lost Childhood]

– Надевай башмаки и не забудь рубашку с длинным рукавом.

– Надолго? – спросила Эди.

– Не уверен. Дня два, может, три.

– И ты думаешь, что он готов к такому?

– Если ещё нет, будет готов. Должно быть, он выносливый, учитывая то, как жил в городе.

Сиг вышел из кухни, и мальчик предположил, что должен следовать за ним. Поэтому он неуклюже завязал шнурки на своих теннисных туфлях[12], вытащил из картонного чемоданчика рубашку и выбежал наружу. Сиг остановился на крыльце, чтобы взять скатку[13] одеял и старый вещмешок. Он протянул мальчику скатку – та была почти с мальчика размером – повесил вещмешок на плечо и пошёл. Мальчику оставалось только идти следом, шатаясь под весом одеял. Вскоре Сиг ушёл так далеко вперёд, что когда он миновал хлев, мальчик потерял его из виду.

Он почти пересёк выходившую к дороге площадку перед домом, когда гуси, увидев его, зашипели и бросились к нему, но Рекс прыгнул в самую их гущу, позволив мальчику спастись, доковылять до хлева и скрыться за углом. Там опять стало видно Сига: он шагал по пастбищу в сторону вытянутого пруда, который при приближении оказался небольшой речкой, неспешно текущей среди высокой речной травы, мимо ив, мимо фермы и дальше в лес.

Много лет спустя он узнал, что эта река протекала между двумя озёрами, расположенными милях в пятидесяти друг от друга, если смотреть по карте, по прямой, как летает ворон. Но река не текла прямо, и путь её растягивался по меньшей мере на сто миль. Впрочем, в тот момент мальчик не думал о том, куда она течёт: ему срочно нужно было догнать Сига. И когда он догнал, тот стоял рядом с чем-то, похожим на перевёрнутую лодку, вытащенную из воды на берег с высокой травой.

Это было каноэ восемнадцати футов в длину, сделанное из узких досок и покрытое слоем холстины. Ткань, в свою очередь, была намазана густым слоем зелёной краски, чтобы не просачивалась вода. Там и тут чёрные пятна дёгтя показывали места давних протечек. Сиг перевернул каноэ, и мальчик увидел лежащие под ним два весла.

Сиг сдвинул нос каноэ к воде, забрал у мальчика скатку и положил её внутрь вместе со своим вещмешком. Потом спустил нос каноэ в воду. Корма судна пока оставалась на земле.

– Залезай, – сказал Сиг. – Возьми весло и вставай ближе к носу на колени на дно, не на перекладины.

«Ладно, – подумал мальчик, – Просто ещё кое-что новое вдобавок ко всему остальному, что со мной происходит». Он замер в нерешительности, ожидая, что Сиг скажет что-то ещё, объяснит, что и как делать. Гэри никогда не выходил на воду ни на каноэ, ни на какой-то другой лодке, поэтому совершенно не представлял, что ему делать.

Но Сиг ничего не говорил, просто держал корму каноэ. Ждал. И тогда мальчик подумал, как ему предстояло подумать ещё много раз в жизни, что, должно быть, всё получится, потому что…

Потому что Сиг сказал сделать это.

Если Сиг был уверен, что он сможет что-то сделать, надо обязательно смочь. Поэтому мальчик влез в каноэ, переполз через скатку и вещмешок, взял весло и устроился на носу. Он ощутил толчок и скольжение: Сиг залез в каноэ и оттолкнулся от берега. Они поплыли.