Старый дом под черепичной крышей

– В какую же? – поинтересовался Крокыч.

– Думаю, Забродин каким-то образом знает Фому Фомича, вот и попросил того проявить заботу, а заодно и отправить меня подальше с глаз долой и из института, и из города, больно уж он быстро мне тогда подвернулся…

– Может быть и так…, – ответил художник.– Может быть и так… Только постарайтесь не думать больше о кафедре, а усните… Гоните от себя эти мысли.

– Не могу я от них освободиться, Семён Ваганович. Их на свалку не выбросишь, они не стул сломанный.

– Всё, Позолотин,… спите, – твёрдо сказал Крокыч. – Дискуссия закончена и я спать буду, – и он дунул на горящую свечу. Хибарка погрузилась в темноту. И вдруг в эту минуту в отдалении повторился тот самый тяжёлый заутробный звериный рык. Это был тот самый звук, которого так напугалась Барби и к которому сейчас прислушивались обитатели хибарки.

– Что это? – спросил Крокыч, – первый раз слышу… Ни на что не похоже в наших местах. Ладно бы дело было в Саванне, там для европейцев экзотики хоть отбавляй.

– Я тоже, признаться, не слышал таких звериных воплей, – проговорил Вениамин Павлович.

– Как, как вы это назвали? – переспросил художник. – Вопли, говорите?..

– Так и рыком не назовёшь, – отозвался Позолотин. – Точнее – это рык, переходящий в вопль. Только рык интересный: не угрожающий и не милосердствующий, более предупреждающий что ли? или предсказательный какой-то; звук не в полную силу идёт, на полутоне…. Слышите?

– Слышу… – отозвался Семён Ваганович, – правда, вы меня этим полутоном нисколько не успокоили, если от полутона мурашки по телу поскакали, то, что будет, если оно полный тон возьмёт, соображаю, что наша хибарка останется без крыши.

– А вы что же, думаете, что живёте в этом мире одни? – спросил профессор. – Человек видит и слышит только совсем незначительную часть звуков издаваемых обитателями планеты и в определённом диапазоне волн.

– Вы хотите сказать, что этот пришелец существует и что это не наши с вами слуховые галлюцинации от, например, здешних запахов!?

– Я этого, как учёный не утверждаю, только всегда держите в голове, что нас кто-то слышит, видит, хотя мы и заперты на крючок, и даже читает наши мысли, оставаясь совершенно для нас невидимым. Привыкните к этому… Вот учёные сейчас считают, что человеческий геном мельчайшая структура в деле управления человеческим существом и передачи наследственности. Вздор. Хотя является и правдой сегодняшнего дня. Завтра найдут ещё более мелкую частицу, которая способна вместить и управлять всеми на сегодня известными генами, вот и получается всё вздор. Такое уже ни раз повторялось, то молекулы открыли, то атомы…

– Я, Вениамин Павлович, часто размышляю над тем, как диковинно наш мир устроен и не перестаю этому удивляться. А это ведь и раньше всё было.