Скрытые чувства

    — В видеоинтервью вы сказали, что воспитываете брата, - прервал напряженное молчание Берговиц.

    Это вообще к чему?!

    — Воспитывала, - ответила я. - Когда мы только приехали в Уну. Сейчас он студент Академии искусств и совершенно самостоятельный человек.

    — Ваши родители отпустили его вместе с вами?

    К этому вопросу я была не готова. Проще всего было солгать, но оказалось, что под прицелом взгляда Берговица сделать это практически невозможно.

    — Им не нравилась эта идея. - Очень не нравилась, поэтому я увезла его, когда они отправились к родственникам, живущим по другую сторону холмов. У меня было несколько дней форы, чтобы пересечь границу, и документы от Беглеца. С первой зарплаты я отправила родителям деньги и письмо, в котором просила нас не искать. Правда, совсем не уверена, что они вообще нас искали - нас связывали достаточно сложные отношения. Родители считали, что мы обязаны провести на ферме всю жизнь, и что увлечение Ната музыкой полнейшая ерунда, не стоящая внимания. Когда я заикнулась о переезде в открытую, мне посоветовали выкинуть эти мысли из головы и заняться тем, что у меня лучше всего получается. Тогда мы наговорили друг другу много всего хорошего: я узнала, что я неблагодарная недальновидная идиотка, а родители - что мы родились для того, чтобы пасти лакшаков и чистить загоны. Не сказать, что мне потом не было стыдно, но в письмах прощения я не просила. Равно как и они. - Но я настояла на том, чтобы Натан отправился вместе со мной.

    — Почему?

    — Он очень талантлив. Это было ясно с самого детства. В Тарите он мог стать только фермером, а в Кироне уже многого добился.

    Нат как иностранец не имел права претендовать на грант, но после окончания Академии мог заключить контракт с музыкальной компанией и позабыть о Тарите, как о страшном сне.

    — Значит, у вас есть опыт общения с подростками, - прервал мои невеселые мысли Берговиц.

    Я, видимо, плохо соображала после случившегося, поэтому сейчас нахмурилась.

    — Я вырастила брата, - кивнула. - Почему вы спрашиваете об этом?

    — Потому что вам придется работать с моей дочерью.

    Мне чудом удалось остаться невозмутимой, но видимо, я все-таки себя чем-то выдала, потому что Берговиц нахмурился:

    — Не думайте, что требований к вам будет меньше, чем если бы вы работали со мной. Эта должность - особенная.

    — С вашей дочерью? - переспросила я. - Кем?

    — Личным секретарем.

    От такого поворота голова пошла кругом, впору было радоваться, что сижу. Когда я собиралась на собеседование, то рассчитывала, что стану незаменимой помощницей одного из директоров. Но даже предположить не могла, что со мной будет беседовать глава холдинга. А теперь выясняется, что моим боссом должна стать… девочка? Берговиц сказал: «подросток». Ей вообще сколько?!

    Меня пронзила догадка.

    — Она здесь? В соседнем кабинете?

    — Нет.

    Фух! Тому шалуну требовалась няня, а не секретарь. Прежде чем я придумала, как потактичнее спросить о своей подопечной, Берговиц произнес: