Каникулы на Эленмаре

— Так вы знакомы? — снова повторил шаендарец.

— Знакомы! — отчеканил Элвэ, — это моя… моя…

— Курсант вверенного вам подразделения, тангир Элвэ! — отчеканила я, поймав откровенно недовольный взгляд своего начальника.

— Пусть так, это ничего не меняет, — взяв себя в руки, уже спокойно ответил эльф.

— Согласна, это сложно изменить, по крайней мере на время моего обучения.

Эрниль тер Куина переводил любопытный взгляд с меня на Дарина и обратно.

— Клянусь светом Шадара, это самое удивительное, что могло со мной произойти, — рассмеявшись воскликнул шаендарец, — стоило пролететь несколько тысяч световых лет, чтобы первая встреченная мною красотка, оказалась твоей знакомой. Не находишь, эта вселенная слишком мала для нас двоих?

— Я бы предпочел, чтобы ты встретил кого-то другого, — нахмурился Дарин, — но раз уж так случилось, — позволь представить — Алевтина Верник, кетарт экспериментальной группы Высшей Звездной Академии.

— Мы уже успели познакомиться, — с улыбкой на идеальных губах отозвался шаендарец, — и Аля мне нравится гораздо больше, чем Алевтина.

— Аля, — не обратив внимания на его слова, продолжил «леденец», — позволь тебе представить моего друга — Эрниля тер Куину, он конечно не самый плохой человек в этой вселенной, но я все же предпочел бы, чтобы ты держалась от него подальше.

Шаендарец удивленно вскинул брови, а я… На самом деле, у меня сегодняшний день просто не задался. Никак не удавалось избавиться от внутреннего недовольства. Обидно ли мне было, что Дарин Элвэ промолчал? Теперь, когда я на какое-то время отвлеклась от той ситуации на помолвке Жоффрея, могу сказать точно — еще как! Обидно до чертиков! И ужасно хотелось выцарапать красивые голубые глаза Анвен Беллим. Верник, что с тобой происходит? Ревнуешь? Значит отдельно взятый белобрысый эленмарец тебе вовсе небезразличен, как ты пыталась себя убедить последний час? Не говори глупости, Верник! Это просто преподаватель и тебе все равно с кем он будет. Воображение подкинуло яркую картинку, где Дарин с нежностью целовал эльфийку, а она прилипла к нему, словно жвачка к графину, размазываясь по его телу. До боли закусила губу, чтобы вытравить увиденное. Нет, мне не все равно. Было в «леденце» что-то такое, что-то…