Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

Вот почему невозможно одному человеку быть главным проектировщиком всех наших проектов. Решение Зенона несказанно удивило всех нас, но мы промолчали. Говорить начали уже после собрания, разбившись на теплые компании. В ходе обмена мнениями пришли к выводу, вернее, к двум выводам: во-первых, Зенон сошел с ума, а во-вторых, теперь совершенно ясно, что это не он прикончил Тадеуша.

Первый вывод в объяснениях не нуждался, второй Стефан объяснил:

— Нас действительно могут спасти заказы, о которых Зенон говорил на собрании. Но они не придут.

— А ты откуда знаешь? И почему не придут?

— Не придут, потому что какой-то идиот задушил Тадеуша. Мне кореш из главка звякнул. Была у них милиция, интересовалась нашими накладными, теми самыми, заниженными. Ну они, естественно, сдрейфили и сразу в кусты. Поручение уже было составлено, но они не послали, не хотят с нами иметь дело.

— А заказ на микрорайоны? Он обещал быть самым крупным.

— На микрорайоны тоже не придет. И до них добралась милиция. Если бы мы с ними закончили все расчеты в прошлом году, тогда все бы обошлось, но Зенон перенес последние накладные на этот год, ну и фараоны пронюхали. В самый неподходящий момент убили Тадеуша!

— Ты прав. Вот если бы через месяц, после того как подпишем договоры…

— Именно поэтому я и говорю — убил не Зенон, для него это равносильно самоубийству.

— Так, может, это кто сделал специально для того, чтобы с Зеноном покончить? А ну-ка признавайтесь, кто из вас до такой степени не любит Зенона?

— Я! — призналась Алиция. — Но, говорят, у меня алиби.

— Да, плохо наше дело. Даже если сегодня найдут наконец душителя, нас уже ничто не спасет. Можем справлять поминки по себе.

— Правильно! Надо обязательно устроить поминки, после похорон.

Итоги поисков в нашей сантехнике милиция не обнародовала. Стоя в прихожей, я тщетно пыталась припомнить то, что вертелось в голове в связи с высказыванием Зенона о ключе. Вокруг сновали коллеги. Алиция перебирала пустые банки и коробки, оставленные на маленьком столике у двери.

— Не найдется ли чего поесть? — с тоской спросила она. — Хоть что-нибудь пожевать, до дома не доеду…

— Кусок лепешки хотите, у меня остался? — спросила Ядвига, запирая свой стол. Она уже совсем была готова к выходу.

— Лепешки? — слегка поморщилась Алиция. — Мне бы кусок селедки… Ну да пусть будет лепешка. Это из той вашей святой муки?

— Конечно. У меня осталось еще с полтонны, так что я пеку и пеку…

Их разговор услышала проходящая мимо Моника и остановилась.

— Что за святая мука?

— А ты разве не знаешь? У пани Ядвиги хранится дома несколько вагонов кукурузной муки, полученной в дар от нашей общественности. Неужели ты ничего об этом не слышала?

— Так ведь пани Моники тогда еще у нас не было, — пояснила хозяйка муки. — Вы представления не имеете, как я с ней намучилась…