В аду любят погорячее

В первое мгновение глаза ослепило. Здесь было светло — до безумия светло и невероятно просторно. То, что снаружи казалось крохотным, внутри оказалось просто громадным. Я словно спустился в холл станции метро, которая по всем законам физики вообще не должна была здесь поместиться, но тем не менее как-то помещалась. Высокое, широкое, на вид вообще необъятное помещение, без окон, без единого светильника, однако при этом идеально освещенное — ярче, чем поляна в солнечный день.

Бегая по сторонам, мой взгляд даже не знал, на чем остановиться. Стены и пол были покрыты мрамором, а вдоль гигантского зала, как мозаика, чередовались массивные белоснежные колонны и мраморные статуи, будто спустившиеся со страниц учебника по античной истории. В самом центре этого роскошного холла раскинулся огромный бассейн — гораздо больше, чем в моем универе. Все вместе напоминало древнеримские купальни, настолько вместительные, что тут мог бы помыться и сам император со всей своей империей. Однако сейчас, звонко хохоча, ныряя и разбрызгивая воду по сторонам, в бассейне плавали обалденные полуобнаженные девчонки, надевшие только нижнюю часть купальников и где-то забывшие верхнюю. Я сбился со счета, пытаясь понять, сколько их здесь. Их же мое внимание вообще не смущало: не отвлекаясь, они продолжали плескаться и резвиться, как красивая декорация.

— Аквариум мой, — довольно произнес мужик, откупоривая старинную глиняную бутылку, — с нимфами. Можешь нырнуть, если хочешь…

Если это рабочие условия, то я тоже хочу быть сторожем в этом парке. Однако кое-что из сказанного меня напрягло. Я настороженно покосился на хозяина всего этого, который увлеченно возился с бутылкой. Рядом на массивном столе стояли причудливая ваза с виноградом и два позолоченных кубка, так и просящихся на музейную витрину.

— А вы демон? — осторожно уточнил я, прикидывая, что Би меня за такое приключение скорее всего убьет.

— Обижаешь, — отозвался он, срывая пробку, — бог.

Я со скепсисом взглянул на бутылку вина в его руке.

— Ну в смысле древний бог, — поправился он, потянувшись к кубкам.

Ну я бы не сказал, что такой уж древний — максимум тянул на полтинник.

— Бахус, — добавил он, разливая ярко-красное вино. — Слышал, наверное.

В принципе, слышал и даже как-то делал доклад. Бахус, он же Дионис, — бог алкоголя, празднеств и оргий. А даже если бы и не слышал, быстро бы догадался — очень уж органично смотрелись рядом с ним бутылка и кубки.

— А я Паша, — не нашел я ничего лучше.

Два наполненных кубка звякнули в его руках.

— Тогда за знакомство, — протянул он мне один.

Я немного с опаской взболтал ярко-красную жижу. В голову мгновенно ударил терпкий винный запах — такой, что меня сразу качнуло. За спиной со скрипом распахнулась дверь.