Французские гастроли

По этому поводу накануне спектакля даже был вызван «на ковёр» в полпредство, имел нелёгкий разговор с Розенбергом и еле отбрехался. С Германией мы сейчас «дружим» и Союзу не нужны осложнения с «партнёром». Знал бы Марсель Израилевич чем закончится эта «дружба» и кто будет командовать немецкими «панцерами», раскатывая в тонкий блин нашу пехоту, в совершенстве изучив советскую тактику в советских же танковых училищах… Жечь наши самолёты и бомбить советские города, пройдя обучение, опять же в наших лётных училищах… Но он этого не знает, зато знаю я. И втайне даже немного горжусь, хоть и незаслуженно, что у моего мюзикла именно такая скандальная репутация.

Зал полон, раскуплены все места, даже в очень недешёвых ложах и партере, что уж тут говорить о галёрке! Хорошо хоть что заранее озаботился местами для своих гостей рядом с «правительственной ложей». Розенберг с супругой, семья Вонтобелей и чета Майеров делят одну ложу с семьями Анатры и Лопато. Хорошо, что ложа большая и вместила всех, ещё и для Луи Лепле с Мишель местечко нашлось. Вообще-то деление на «ложи» чисто условное, в этом времени только «правительственная» отделена от остальных небольшим барьерчиком, остальные «ложи» представляют собой обычные галереи в три яруса с мягкими креслами и стульями.

«Спонсоры» прибыли утром за два дня до премьеры, а днём совместно с Пьером Монтё и Ильёй Ароновичем в полпредстве «подбивали бабки» и делили «шкуру неубитого медведя». Розенберг хотел поиметь со спектакля семьдесят процентов роялти с прибыли, но в итоге «поимели» его самого. Шестьдесят тысяч франков на постановку мюзикла полпредством было выделено «безвозмездно», как помощь «мецената».

Лопато предоставил полный отчёт по использованию средств «Фонда», где кроме полпредства фигурировало более пятидесяти «жертвователей» и только три фамилии было «раскрыто». Это сам Лопато, как основатель «Благотворительного фонда» с суммой взноса в пятьдесят тысяч франков, Анатра с аналогичной суммой и Лепле с теми же пятьюдесятью тысячами. Вот они-то и составили «правление фонда».

Все остальные меценаты проходили «инкогнито», и общая сумма пожертвований составила более трёхсот тысяч. Я даже немного растерялся, услышав такие цифры. Одно дело пожертвования знакомых мне людей и Советского Полпредства, и совсем другое — почти сто тысяч франков от полсотни анонимных меценатов. Никак не ожидал столь щедрой поддержки от незнакомых мне людей.

На остаток в двадцать три тысячи франков на счету фонда, Илья Аронович тут же выписывает чек Вонтобелю, в счёт первого погашения средств «Генерального спонсора», потраченных на постановку спектакля. Розенберг только нервно сглотнул, поняв, какую оплошность он допустил со своим широким «безвозмездным» жестом. Далее уже Маркус Майер «добил» Марселя Израилевича знанием советских законов в области «Авторского права в СССР».