Всевидящий совет [СИ]

Скитания

Я откисал в огромной бадье заполненной волшебными водами Брокилона. Эта вода снимала усталость, ускоряла лечение ран и главное была приятно теплой. Это место всегда приносило мне покой и после последних сумасшедших месяцев мне это было необходимо. Морлас скончался от кровопотери на корабле к исходу дня после битвы. Рана Ламберта для жизни была не опасной, но весьма серьезной. Он пробыл без сознания большую часть из семи дней пути в море. Затем мы попрощались с капитаном и Филиппа перенесла нас к дриадам. Это место было местом силы, и многие чародейки знали, как отрыть портал сюда без листа. В королевство дриад нас вело множество причин. Это было одно из тех не многих мест, где мы могли быть уверены, что никто не позарится на награду. Здесь Ламберту окажут необходимую помощь, как когда-то ставили на ноги меня. И здесь у нас будет шанс найти контакты оставшихся на плаву белок. За золото Йенифер они могут попытаться пробраться в любое место в мире, в том числе в земли северян. По суше любом из нас туда был ход заказан. Но если эльф с листом сможет пробраться туда, то портал в рамках целой страны никак не отследить. Сейчас меня это не сильно волновало. Я очень устал от борьбы и ее смысл предательски ускользал от меня. Я наслаждался временем покоя, выпавшей на рулетке судьбы передышкой. Эитнэ встретила нас не очень радушно. Она понимала, что на наших плечах висят потенциальные проблемы, но отказать в укрытии старому другу не смогла. Мы договорились, что пробудем здесь три дня. Она обещала мне что поговорит с одним из лидеров скоя-таэлей и, если ему будет интересно предложение, то передаст нам его условия. Самим встречаться с белками нам было через чур опасно — это наверняка обернется засадой, для них мы слишком лакомый кусок. Жрица была не рада не только проблемам, но некоторым переменам. Не знаю, как это возможно, но перемены во мне не укрылись от ее взгляда. И она не одобрила их:

— Ты предал свою суть, Геральт. То, что ты сделал с собой, противно воле богов.

— Я верю в толерантных богов. Мои боги меня не осудят. Я всю жизнь был выродком, разве могло стать хуже.

— Теперь ты выродок среди выродков. Раньше ты попирал законы людские, а теперь законы древних божеств. — и главное голос ее звучал скорее сочувственно, чем осуждающее. Она жалела меня оступившегося и не разумного. Мне было плевать. Не хочу копаться в глубинах своих представлений о богах, но это точно не было чем-то плохим. О многом в жизни я жалел или сомневался, но уж точно не о повторной мутации. Не смотря на всю мудрость жрицы, в этом вопросе я был уверен, что она пребывает во тьме своих вековых заблуждений. Самди тоже приняли не однозначно. Ему был оказан вежливый почетный прием, как древнему королю. Сама Эитнэ преклонила перед ним колено. Но во всем этом чувствовался холод, неприязнь, отчуждение. И мое чутье меня вовсе не подвело. После приветствия жрица едва слышно сказала хозяину леса, что ему здесь не рады. Про себя я грешным делом даже подумал, что смерть нашего эльфа была своевременной. Будь с нами еще и отступник, проклятый свои народом, скогорматор, может нам и вовсе отказали бы в праве переждать бурю в тени Брокилона. С другой стороны, косые взгляды дриад меня мало волновали, а все что мне было нужно я получил. Эитнэ разрешила оставить раненого ведьмака и теперь я мог не переживать за его дальнейшую судьбу. Он не только останется жив, но и главное рана не оставит долгосрочных последствий. В искусстве целительства дриадам нет равных.