Пророчество о Златовласой, или Сказка для больших девочек № 1 принцессе

Трилон с готовностью шагнул к постели и, удобно расположив принцессу среди подушек, намеривался, было, сбежать, но Лета удержала его за рукав, усаживая рядом.

– Я хочу поговорить с тобой, – объяснила она. – А то я же не успела поблагодарить тебя за свое спасение. Ты так быстро исчез.

– «Спасибо» будет достаточно, – смущенно процитировал эльф саму же принцессу.

– «Тогда, огромное спасибо! Хотя это и в сотой мере не выражает моих чувств», – не осталась в долгу Лета.

И они дружно хмыкнули, вспомнив тот давний диалог.

– И еще я очень благодарна тебе за то, что ты очистил мир от этой гадины и освободил моего отца, – нервно сжимая ладони, прошептала мнимая больная. – Теперь он, наконец-то, будет счастлив.

Лорд понимающе усмехнулся.

– Я уже в курсе. С самого утра Криэль обрушила на меня водопад своих восторгов и едва не задушила в объятьях. Слава Богам, появился твой отец и оторвал ее от меня.

Принцесса страдальчески свела брови.

– Я, видимо, самая главная засоня. Все события проходят мимо меня. И пока в коме лежала и сейчас.

Эльф, мучимый противоположными желаниями: уйти и остаться, успокоил ее:

– Наверстаешь.

Лета покусала нижнюю губу и призналась, глядя ему прямо в глаза:

– Уже. Карина мне все показала. Трилон, я еще тогда знала, что все случится именно так. До того, как драконы ушли на битву с демоном. Я разгадала эту часть Пророчества. Рель сказал тебе правду: «предначертанное не изменить», – она поняла, что сболтнула лишнее, но было уже поздно.

Глаза Трилона сузились.

– Откуда ты знаешь, что сказал мне твой братец? – вкрадчиво поинтересовался он.

Вот сейчас бы пригодилось шикарное декольте, – подумала принцесса, совершенно упуская из виду, что тонкая рубашка совсем даже не скрывает, а очень эффектно подчеркивает ее формы.

– Ну, понимаешь ли, Трилон, – неловко протянула она, – если глаза у меня закрыты, и ответить я не могу, это еще не повод думать, что у меня и с ушами проблемы. Просто с какого-то момента я вдруг начала вас слышать. Тебя, Криэль, Карину, Светлейшего. Как-то раз даже волки забегали. Но чаще всего тебя, – она пожала плечами.

– Ты все знаешь, – произнес эльф, и это был не вопрос.

Он закрыл глаза и крепко сжал зубы. Лицо побледнело и напряглось. Лета, не осознавая, что делает, протянула руку и погладила его щеке. Глаза лорда мгновенно открылись. Боль и смертельная тоска были в этом взгляде. Он осторожно накрыл ее руку своей.

– Да, все – правда, я люблю тебя, – обреченно признался он. – Давно. Я совершенно не отдавал себе в этом отчета. И, если бы ты тогда по ошибке не сделала мне предложение, может, не осознавал бы до сих пор, – вздохнул он. – Я прекрасно понимаю, что у меня нет и тени надежды заслужить твое расположение. Я не достоин тебя. Моя жизнь до встречи с тобой была пустой и бессмысленной. Я жил, потакая своих мелким желаниям, и думал, что все правильно, все так и надо. Я ни во что не ставил женщин, считая их объектами для получения удовольствия. И ты была права, я был типичным самодовольным самцом. И вот в мою жизнь ворвалась ты. Чистая, бескорыстная, готовая всем прийти на помощь. Я поверить не мог, что такое возможно. И чтобы не чувствовать свою никчемность, я придумывал твоим поступкам самые низменные причины. Стелла, умоляю, прости меня, – он на миг зажмурился, а когда открыл глаза, в них была печаль и безнадежность. – Ты навсегда останешься для меня недостижимой прекрасной мечтой. Ты звезда моя, а я не стою даже твоего мизинца…