Стаи. Книга 1

Всё шло сравнительно неплохо, эволэк живо реагировал на внешнее воздействие, хотя, конечно, сам по себе отзыв ещё не был гарантией успеха. Элан метался, как тигр в клетке, пару раз приложившись о стены с такой силой, что мог бы заработать и переломы, не будь те обиты мягкой подкладкой. Суппорты беспрестанно визжали сервоприводами, едва поспевая за живой плотью.

Александра потеряла счёт времени. Сознание металось между жуткой сценой за стеклом и показаниями мониторов. Предельная концентрация внимания быстро истощала невеликий запас сил, оставшийся после долгих недель Контакта. Сжав зубы, куратор не расслаблялась ни на секунду. То бешеный ритм сердца Элана требовал вмешательства, и по её команде автодок впрыскивал нужную дозу лекарства, то приходилось вводить стимуляторы, так как уставшее от многочасовой пляски тело подопечного уже начинало отказывать, то натруженные мышцы вдруг сводило судорогой, и снова приходилось вливать в вены препараты, вмешиваться в работу нервной системы. Без преувеличения можно было сказать, что на первом этапе «всплытия» эволэк близок к состоянию клинической смерти, и только постоянная работа реанимационного комплекса не давала ему покинуть этот мир уже навсегда.

А Саша звала. Незатейливо шептала его имя в микрофон, зная, что сердце и сложнейшая техника донесут призыв не только до ушей подопечного. Рассказывала глупые в своей наивности, но очень трогательные стихи, смеясь над их детской непосредственностью. С её губ не слетало никаких пафосных и проникновенных речей, наполненных глубоким философским смыслом. Ничем не смог бы помочь в эти часы безумия ни один, пусть и самый лучший, трактат по психологии, когда сознание эволэка боролось с непредсказуемыми течениями границы двух миров.

Русло Океанеса осталось за спиной, ещё зримое, такое манящее, но уже почти недоступное. Океанес? Что за имя? Ах да, как же можно было забыть! Слияние Океанеса с Рекой его Вселенной образовало разноцветный поток, который нёс эволэка к родным берегам. Как странно, Он всегда думал, что погружается в волны Великой Реки, но мнение о её обособленности оказалось ошибочным. Это там Океанес сам по себе, а ТУТ он рядом. Сгусток души Элана стал играть с разными потоками, как дельфин играет с волнами, весело прыгая из одного в другой. Они действительно были очень разные, каждые нёс собственное знание и мудрость, опыт бесчисленных жизней мириадов живых существ. Потоки когда-то жили, как и он, в мире, наполненном светом звёзд, гомоном человеческих городов, радостью и болью, заботами и тяжёлым трудом. Проходя спираль бесчисленных рождений, они сохраняли Память о Прошлом, а не как человек, рождаясь пустой куклой, медленно и тяжело наполняет сосуд души, только для того, чтобы потерять почти всё накопленное в очередном витке. Как они это делают? Как становятся каждый раз чем-то новым, не теряя себя прежнего? Может они те, кого люди называют ангелами? Наверно. С ними очень хорошо и спокойно, они мудры, но не высокомерны. Их сарказм не плюёт ядом, это просто сочувствие к недотёпе, не понимающему очевидных вещей. Они давали хором совет — не отказываться от своего Я, ради призрачной надежды понять нечто важное в путешествии по Реке, не бросать начатое, ведь никто не достроит за тебя твой собственный дом. Дом, который зовёт тебя.