Как повергнуть герцога

Когда Себастьян подошёл ближе, она оглянулась на него через плечо.

— Мы ещё даже не в Дувре, — проговорила Аннабель не в силах сдержать в голосе ни смех, ни желание.

Он остановился так близко, что она чувствовала тепло его тела. Зеркало обрамляло их неподвижные отражения. Их можно было принять за картину, они застыли, упиваясь друг другом. Удивляясь тому, что сбылось самое невероятное.

На мгновение пальцы Себастьяна зависли в воздухе, а затем осторожно опустились на обнажённый изгиб её плеча.

— Наконец-то, — хрипло проговорил он. Себастьян наклонился и нежно поцеловал Аннабель в шею, в самое чувствительное местечко. Её губы приоткрылись, и она беззвучно ахнула. Аннабель не могла отвести взгляд от зеркала, когда ресницы Себастьяна опустились, и он медленно начал прокладывать чувственную дорожку из поцелуев по её шее, а затем вдоль линии подбородка. Слишком медленно… она повернула голову, желая ощутить его язык у себя во рту. Он сильнее сжал её плечо и подчинился. Перед глазами всё поплыло. От возбуждения и острой муки у Аннабель перехватило дыхание. В какой-то момент она почувствовала, что корсет ослаб. Она приоткрыла глаза и обнаружила, что Себастьян смотрит на неё затуманенным взором. — Жена моя, — пробормотал он.

Её тихий смешок подозрительно походил на всхлип.

— Да.

— Жизнь моя, — сказал он.

Корсет упал, и ей показалось, что она расправила крылья, о существовании которых даже не подозревала.

Себастьян выпрямился, и Аннабель прислонилась лбом к его животу, нуждаясь в небольшой передышке.

Его пальцы запутались в её волосах.

— Откуда он? — полюбопытствовал Себастьян. Она подняла на него глаза, и он кивнул на украшенный драгоценными камнями гребень на столе, которым был заколот венок.

— Он принадлежит Люси, — прошептала Аннабель. Ничего не могло ускользнуть от внимания Себастьяна. И она обожала его за это. — Она мне его одолжила, у невесты ведь должно быть что-то взятое взаймы.

Уголок его рта приподнялся.

— Я подумал, что, возможно, он своего рода твоя фамильная драгоценность. Я полагаю, платье — это что-то новое?

— Да.

Он осторожно вытащил лепесток, запутавшийся в её волосах.

— А что-то старое?

Она коснулась изумрудной серёжки в ухе.

— Ну, конечно. А голубое? — Она медленно улыбнулась, ничего не ответив.

Его глаза полыхнули огнём.

— Понятно, — пробормотал он.

У неё снова участился пульс и пересохло во рту, когда он полностью развернул её кресло к себе и опустился перед ней на колени.

Она не знала, чего от него ожидать, но он привёл ее в замешательство, сняв её новые красивые, но неудобные туфли и приподняв ступни. Себастьян надавил большим пальцем на подошву левой ноги, и Аннабель беспомощно застонала.

— Мне нравится, когда ты так делаешь, — сказал он, внимательно за ней наблюдая. — В ближайшие пару лет я намерен частенько заставлять тебя стонать.

— Как я могу возражать, — вздохнула она. С какой стати ей это делать?