Пограничник

— Бери Алонсо, пусть на подхвате будет. Если придётся отступать — хоть как-то прикроет. Мериду и Ворона поставлю у Западных ворот, с тем же планом. А мы с Рикардо и Серхио будем ждать их здесь, южнее лагеря, между лагерем и северо-западными воротами.

— Только если Алонсо на подхвате. Пусть не лезет. Чтобы мы друг друга не поубивали в тумане.

— Разумеется.

— Вы главное не дайте им соединиться, дядька Доминик, — тепло вырвалось у меня. — Если мы не угадаем — всё от вас будет зависеть. Чтоб ни одна телега не проскочила!

— Не учи учёного, Ричи. — Тяжёлый вздох, но облегчённый — решение принято. — Ладно, с богом, поднимаем всех, и в бой.

Собирались без труб, без криков, без любых звуковых сигналов. Воины ходили между палатками и будили своих. Палатки сказал не собирать — к чёрту, ещё вернёмся.

Уже через час Тит собрал сотню у южного края нашего лагеря. Дымка стояла хоть топор вешай, в лагере суета, и это чудо, что он так быстро собрал, и, даже возможно, всех. Может кого и не хватает, но без переклички этого не поймёшь, а сейчас не до перекличек. Всё равно отсутствующих по лагерю искать не будем.

Алонсо своих ещё искал, собирал, пыхтя и злясь. Вот и разница между ополчением и регулярами. Налицо, так сказать. Я ему вкратце объяснил диспозицию, где им кого ждать, отдал четверых егерей в помощь и вернулся к своим, которым Тит давал последний инструктаж.

— …Так что обвязываем копыта тряпками, ребята, и тихо-тихо подбираемся. Будем стоять прямо под стенами, а потому кто издаст звук — вот этими руками порешу! — показал свои массивные ладони. — Услышат горожане откуда-то ржание, зарядят из камнемётов по пристреленным местам, даже не глядя…

Шёпот-гомон, воины были полностью согласны. Своими руками — так и надо. Умирать из-за идиотов, не соблюдающих технику безопасности, никому не охота.

— Кто отстал — тот отстал, — продолжил мой новый сотник.- Спасти и выручить никого не сможем. Потому главная задача — держаться вместе. Что бы ни случилось. Наш друг — туман, и давайте относиться к дружбе серьёзно.

— А ежели дымка рассеется, и нас видно станет — валить от ворот, чтоб камнемёты не достали, и ждать приказа, — помог ему один из опытных десятников, коллега, взявший на себя роль помощника сотника. — Без дымки весь наш поход бессмысленен, кто не понял.

— А потому никакого личного героизма! — а это в стотысячный, наверное, раз повторил я, встряв в разговор. — Если, спасая вас, погибнут хорошие люди — уже я, сам лично, вот этими руками, — показал и свои грабли, — удавлю сволоту геройствующую! Всё понятно по тактике?

— Да!

— Конечно!

— Так точно, сеньор граф… — раздались в дымке выкрики.

Едем. Ориентирования нет, нас ведут егеря. На слух, на запах, по моторной памяти и проступающему над горизонтом даже сквозь дымку диску солнца. Как-то чувствуют расстояние от лагеря до города. Видно в дымке только задницу и хвост коня всадника в десяти метрах впереди; чуть оторвёшься — визуализации не будет. А если ещё чуть — то и по звуку не определишь, куда ехать. Не представляю, как Алонсо нас будет искать. Один раз наткнулись на городской бастион с юго-западной стороны города. Нас, похоже, сверху не заметили, а егеря, поняв оплошность, без криков, без громких команд, молча повели сотню в обход, чуть дальше в поле. Идиотов и правда хватает, и с той стороны тоже — шмальнут горожане из баллист на звук…