Крыло беркута. Книга 2
- Автор: Мэргэн Кирей
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Башкирское книжное издательство
- ISBN: 5-295-00152-0
- Переводчик: Марсель Абдрахманович Гафуров
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Крыло беркута. Книга 2». Краткое содержание книги:
Имянкала, несмотря на свое окраинное положение в орде, считалась одной из надежнейших ставок ногайских мурз. Каждый из присланных сюда ханов старался укрепить ее. При безвременно почившем Акназаре были обновлены стены крепости. Правда, Акназар из тщеславия нанес ей и некоторый ущерб, прорубив вторые ворота для торжественных ханских выездов, но они открывались редко, все время оставались на крепком запоре, сношения с внешним миром поддерживались через старые ворота. При сыне Акназара, Ахметгарее, был расширен и углублен оборонительный ров, так что крепость стала еще более неприступной.
Поэтому-то минцы взять Имянкалу с налету не смогли. Ринулись было лавиной, как в открытом поле, к воротам, но сами же устроили толчею на узком мосту через ров и, осыпанные стрелами, отступили.
Со слов Ташбая они знали, что русские разрушили казанскую стену взрывом. Будь у минцев чем взорвать, так, может, и они устроили бы подкоп. Или хотя бы иметь оружие, которое изрыгает огонь и достает противника издалека. Вот уж нагнали бы страху на ханских армаев! И души бы из них повытряхивали. Тот же Ташбай своими ушами слышал, как эти штуки грохочут, и своими глазами видел, как бьют врагов наповал. Значит, существует такое грозное оружие. Только минцы его, к сожалению, не имеют.
Они могут поражать врагов издали стрелами с железными наконечниками, а в ближнем бою — копьями. И сабли у них, конечно, есть, и всевозможные дубинки: и с круглыми увесистыми головками на длинных рукоятках, и с деревянными шарами на цепочках — этими они бьют волков и лисиц на верховой охоте. Да, есть кое-что, только нет чего-нибудь такого, чем можно было бы расшибить ворота крепости. Им бы лишь ворваться туда, а уж там не растерялись бы.
И второй раз попробовали они взять ворота приступом, и третий, но снова и снова отскакивали. Проканителились так целый день. Когда надежда на успех приугасла и кое-кто уже начал прикидывать, не лучше ли повернуть назад. Ташбай сказал:
— Ханские ворота открыть — не в тарбаганью нору руку сунуть. Тут, егеты, без хитрости не обойтись. Надо что-нибудь другое придумать.
— Верно! — согласились с ним. — К тому же и кони притомились.
Во многих битвах замечено: если первый порыв не приводит к успеху, воля к победе слабеет. Снова укрепить дух войска может либо очень решительный турэ, либо неожиданная подмога.
Дух минцев укрепило второе.
«Коль всевышний решит дать что-нибудь своему рабу, прямо на дорогу выставит», — утверждает пословица. Вот и минцам не на дорогу, так на пути к победе «выставил». Кто бы мог подумать: прискакали на подмогу батыры племени Канлы, лишь недавно прикочевавшего откуда-то со стороны Малого Сарая.
Еще только-только обозначился рассвет, когда затаившийся в кустах соловей, неуверенно опробовав голос, поднял минцев и канлинцев на ноги. Это был час, когда сон сморил ханских армаев. Канлинцы, опытные воины, сразу поняли, что открытым приступом крепость не взять, хоть тысячу раз на нее кидайся. Горстка самых ловких из них бесшумно подкралась к воротам и вырезала задремавшую внешнюю охрану. Взметнулись арканы с крюками на концах. Спустя какие-то мгновения канлинцы попрыгали внутрь крепости и открыли ворота. Начался рукопашный бой в Имянкале.
Этот утренний неожиданный для обитателей крепости бой развернулся так стремительно, что многие полусонные охранники хана не успели, как говорится, даже пыль с себя стряхнуть. Сам Ахметгарей все же остался жив. С несколькими охранниками он выскользнул из города через Ханские ворота и скрылся. Тем временем схватки с армаями продолжались. Высыпали из дворца и заметались с криком-визгом жены и наложницы хана. Кто-то — вот умный человек! — догадался вымести их всей толпой из крепости, чтоб не путались под ногами. Кто-то подурней — а может, тоже умный? — подпалил несколько деревянных строений. Чуть позже огонь разбушевался и внутри дворца.
Покончив с армаями, сбили замок с двери зиндана, нашли Канзафара и его телохранителей. По соседству обнаружили еще один подвал, где томились другие узники хана. Их, конечно, тоже выпустили на волю. Никто из них не мог сдержать слез. Благодарили, плача:
— Да ниспошлет небо радость и вам!
Канзафар-бий тоже тер глаза грязной, уже столько дней не мытой рукой и твердил:
— Айда, братцы, домой! Уходить надо!
Но разгоряченный народ не слышал его или не хотел слышать. Все были охвачены неистовым желанием бить, ломать, крушить.
Хотя племя Мин вело свою историю от воинственного Урдас-бия с Тысячью Колчанов, воевать минцы вообще-то не любили, военные походы тяготили их. Барымту они считали порождением несправедливости, признавая право лишь на карымту.