Из истории русского коннозаводства

В 20-х годах XIX века писали, что «совсем не слышно о наследственных болезнях на хреновских лошадях». А в 1845 году в списке лошадей Хреновского завода, переданных в казну, против двух кличек производителей имеется отметка «шпат», и эта отметка относится как раз к двум жеребцам со вторичным прилитием голландской крови: знаменитому Визапуру 3 и Великану.

Про Великана В. И. Коптев писал: «Я видел этого уродливого жеребца во время его продажи в Москве с аукциона в манеже Фрейтага, в 1845 году. Он был 2 арш. 7 верш. росту и притом так узок в груди, что передние ноги его так близко были поставлены одна от другой, что коленки соприкасались между собой; ребра были при этом короткие, подпруга мелкая и зад спущенный» [162].

В. И. Шишкин не оставил бы в заводском составе столь порочных по экстерьеру производителей, как Великан и Визапур 3. Однако хреновская администрация последующего периода не относилась с должной строгостью к экстерьерным недостаткам, свойственным новым «голландским» линиям, и разгадка таких послаблений лежала в том, что и жеребцы и кобылы этих линий давали в приплоде значительный процент крупных лошадей, выше 160 см в холке. Действительно, из тех же актов 1845 года о передаче Хреновского завода мы узнаем, что ровно 50 % кобыл с примесью голландской крови были ростом от 2 аршин 4 вершков и выше — до 2 аршин и 5 ½ вершков — в то время, как среди кобыл чисто орловских, без вторичного прилития голландской крови, едва 1/5 часть достигала 2 аршин и 4 вершков росту, причем крупнейшая кобыла была ростом 2 аршина и 4½ вершка, рост же громадного большинства колебался между 2 аршинами 3 вершками — 2 аршинами З½ вершками. В числе же полуголландских жеребцов в 1845 году был Великан, который получил свою кличку определенно за свой огромный рост — 2 аршина 7 вершков.

Чтобы показать, что именно повторные течения голландской крови могли обусловить крупный рост рысаков, приводим родословную одного из производителей завода И. П. Кутайсова, вороного жеребца Орла 1, рождения 1820 года, дети и внуки которого отличались очень большим ростом: вороной Знаменитый был ростом 2 аршина 7 вершков, а гнедой Богатырь 3 даже, если верить книгам, — 2 аршина 8 вершков, т. е. 178 см (!).

И поверхностно и опрометчиво было бы осудить В. И. Шишкина за самый факт вторичного прилития голландской крови. Ни он, ни кто-либо другой из коннозаводчиков 20—30-х годов не был в состоянии предвидеть все последствия этого возвратного скрещивания. Ошибкой был не самый опыт вторичного прилития, но оставление в племенном составе производителей, имеющих такие пороки, которых дотоле не знал, не видел у своих лошадей Хреновской завод. Если бы Шишкин не ушел в 1831 году из Хреновского завода, то он, вероятно, стер бы все следы постигшей его неудачи тем же способом, как и в собственном своем заводе, т. е. исключил бы из племенной работы всех небезупречных и небеспорочных потомков голландских кобыл. Он сумел бы с помощью старых орловских линий и резвость повысить, чего нельзя было сделать с помощью голландских лошадей новой формации, и рост поднять, не прививая породе ряда новых для нее экстерьерных пороков.