Под жарким солнцем
- Автор: Гордон Илья Зиновьевич
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Бейла Берковна Дивинская
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Под жарким солнцем». Краткое содержание книги:
В документально-художественном романе «Под жарким солнцем» повествуется о человеке неиссякаемой творческой энергии, смелых поисков и новаторских идей, который вместе со своими сподвижниками в сложных природных условиях создал в безводной крымской степи крупнейший агропромышленный комплекс. Прообразом главного героя романа послужил бывший председатель ордена Ленина колхоза «Дружба народов», Герой Социалистического Труда И. А. Егудин.
Роман охватывает большой отрезок времени, в нем правдиво и психологически точно дана широкая панорама жизни людей разных национальностей и разных судеб.
Роман И. Гордона «Под жарким солнцем» проникнут любовью к социалистической Родине, романтикой, пафосом созидания.
Через неделю, понемногу начав приходить в себя, Лиза попросилась на работу.
— Разве можно на сносях думать о работе? — возражала мать.
— Оставаться дома мне тяжело, лучше пойду работать.
Илья Абрамович знал, что отговаривать Лизу бесполезно, работы всюду много, а людей мало. Немного подумав, он сказал:
— Я сейчас занят севом, а ты пока иди в райисполком, принимай людей, которые будут обращаться туда.
После первого дождя апрельская жара спала, и установившаяся более умеренная погода дала возможность продлить сроки сева и расширить площадь зерновых. Тем более что уже прибыли трактора, посевной материал и люди.
В поселок начали возвращаться старожилы, успевшие в свое время эвакуироваться. Осели здесь и сорванные с мест обездоленные люди, оставшиеся без крова. Найдя после долгих скитаний приют, они втянулись в работу и за короткое время так освоились, словно родились тут и выросли.
В горячие и напряженные дни сева явился в Курман бывший первый секретарь райкома Любецкий. Ранения, которые он получил в тяжелых боях на Курской дуге, сильно подорвали его здоровье, но на смуглом красивом лице, как и раньше, горел задорный огонек. Его демобилизовали и откомандировали в распоряжение Крымского обкома. Когда Любецкий явился туда, секретарь обкома, побеседовав с ним и заглянув в его личное дело, спросил:
— Позволит ли вам здоровье после стольких ранений возвратиться к работе первого секретаря райкома партии?
— Думаю, что да, — уверенно ответил Любецкий.
— Должен вас предупредить, что Курманский район фашисты полностью опустошили, превратили в руины, — продолжал секретарь. — Людей там осталось мало, парторганизацию придется заново создавать. Вы уже были секретарем райкома, были комиссаром полка, а комиссар, известно, всегда впереди. Из самых передовых хлеборобов множатся ряды коммунистов района. Добрые традиции самоотверженного труда пустили глубокие корни. Один из них — Мегудин, председатель райисполкома.
— Так Мегудин жив? Он здесь? — обрадовался Любецкий. — Я хорошо знаю Мегудина. Ведь он на моих глазах вырос. Еще юношей он прибыл к нам и сразу стал выделяться среди переселенцев своей необыкновенной любовью к земледелию. Деятельный, инициативный парень, став бригадиром, показывал просто чудеса. За успехи в работе он заслужил честь поехать на совещание колхозников-ударников и там, в Кремле, был награжден орденом Ленина.
— Так вы, значит, в известной мере воспитатель Мегудина?
— Почему я? Партия, комсомол, коллектив, где он работал, воспитали его. Должен вам сказать, что на Мегудина всегда можно положиться. Никакая работа с ним не страшна.
— Ну, так поезжайте работать, успехов вам, — на прощанье сказал секретарь.
В тот же день Любецкий отправился в Курман. Ехал он туда с волнением, думал, что многих из тех, кого он знал и кто вырос на его глазах, уже нет в живых. Перед его глазами вставали веселые, жизнерадостные парни и девушки из комсомольских ячеек переселенческих поселков — чубатые бойкие парни, выросшие из коротких мальчишеских курточек, стройные, обаятельные девушки-комсомолки в ситцевых платьях. Сколько, бывало, просиживал он с ними на шумных комсомольских собраниях, обсуждая волнующие вопросы, и потом до поздней ночи вместе пели:
Он был для них наставником и отцом. Они обращались к нему, как было принято тогда, на «ты», у многих он бывал на комсомольских свадьбах. Потом они становились отцами, матерями. Многие из них сложили свои головы в ожесточенных боях Отечественной войны.
Любецкий вспомнил, как однажды на одном из бурных комсомольских собраний Мегудин критиковал двух парней из своей бригады за халатное отношение к работе и требовал исключить их из комсомола.
— Нельзя так, браток. Не надо горячиться, перевоспитывать и учить людей надо терпеливо. Нельзя удалять здоровые веточки, которые могут еще расти, — учил его Любецкий.
Но все равно этот молодой горячий бригадир был ему по душе. Когда, бывало, Любецкий приезжал в поселок Новые Всходы, он любил беседовать с Мегудиным. И уже тогда понял, что этот парень далеко пойдет…
Теперь же ему предстояло встретиться с Мегудиным как с равным, делить ответственность за общее дело.
Когда Мегудин появился, Любецкому показалось, что тот мало изменился. Та же кипучая натура, те же умные, проницательные глаза. Но на лице залегли морщинки.
— Вот так гость! — воскликнул Мегудин.
— Какой там гость? Разве в такое время ездят по гостям?