Благословенный [СИ]

— Да…

— Тим, я забыла о той жизни… пытаюсь забыть, я не хочу о ней говорить. Я понимаю, что у тебя есть вопросы, но все, что было тогда уже не имеет значения. Всего этого больше нет. Из той жизни я забрала только детей. И Касевеса, который помог мне начать новую жизнь. Единственный, кого я еще готова забрать из той жизни в эту… ты.

— Почему?

Кэрол подняла глаза, встретив его взгляд.

— Ты всегда был мне дорог. А теперь… ты мне очень нравишься… как мужчина.

Он вдруг улыбнулся.

— Я вчера… э-э… это понял.

Кэрол рассмеялась и, обняв его, прижалась щекой к крепкой груди.

— Только вчера? Какой же ты недогадливый!

— Мы будем скрывать наши отношения от Патрика, но… я хочу понять. Какие отношения? Это просто секс, или мы… на самом деле вместе? Мы встречаемся, и ты моя женщина… только моя… Я могу так считать?

— Да, Тимми. Мы вместе, и я твоя женщина. Если тебя, конечно, не смущает тот факт, что я все еще замужем… как бы.

— Но ты же теперь не Кэрол Рэндэл, ты Сандра Эванс. Ведь в твоем новом паспорте нет штампа о браке? — он засмеялся, счастливый и довольный.

— Нет, нету! — Кэрол тоже расплылась в широкой улыбке.

— Значит, ты больше не его жена, — он не выдержал и снова ее поцеловал.

— Ты должен знать, он все еще меня ищет. Я прячусь, скрываюсь. Кевин вывел его на меня, я чудом не попалась, когда лежала в больнице с Джимми. Зак, его друг и правая рука, пришел прямо к нам в палату! Хорошо, что я оставила в тот момент вместо себя няню и предупредила ее…

— Так давай я его пристрелю, в чем проблема? И живи себе спокойно, прятаться больше не нужно будет.

— Нет! С ума сошел? Ты же мне обещал! Патрик только немного успокоился. Он узнает, у него дар видеть. Особенно опасность, угрожающую Джеку. Он очень его любит. Пожалуйста, Тим, ради меня, ради Патрика, оставь Джека в покое, забудь о нем. Когда-нибудь он успокоится и перестанет меня искать. А пока я просто буду так же осторожна, вот и все.

— А может, ты просто все еще его любишь?

— Тим, ты начинаешь меня злить. Я уже ответила тебе на этот вопрос. Я не собираюсь тебе ничего доказывать. Только сам подумай, зачем женщине убегать от мужчины, разлучать с ребенком, если она любит?

— Ладно, не сердись. Я верю тебе, — он ласково погладил ее по щеке. — Тебе не нужно больше бояться. Мы с Иссой не дадим тебя в обиду. Если он только сунется…

— Вы тогда поможете мне скрыться, спрятаться. И все! Ты понял меня? Если ты ему навредишь, я тебя не прощу. Никогда.

— Хорошо. Прятаться мы тоже умеем, и тебя научим, — он засмеялся. — Расслабься, не нервничай так. Я же дал слово, что не трону его. Пусть себе живет. Только к нам не лезет. К тебе. И тогда мне будет на него глубоко наплевать. А все же… этот Кевин… у вас что-то было?

— Тим, чего тебя так пробрало? Ты решил меня замучить вопросами? Или хочешь, чтобы я от тебя сбежала?

— Почему сразу — сбежала? Мне просто интересно. Почему я не могу спросить?