В долине смертной тени [Эпидемия]

— Это не причина, чтобы вы так жили, — сказал он. — Вы известная на весь мир актриса — и вдруг такая комнатка.

— Вы что-то предлагаете? — поинтересовалась Соланж и посмотрела в глаза Виталию. — Если да, то не тяните. Терпеть не могу мужчин-мямлей.

Виталий набрал воздух в легкие, как перед прыжком в воду с высокого трамплина.

— Я предлагаю переселиться в мою комнату. Она как минимум раз пять больше этой.

— Прекрасное предложение, мне подходит.

— Значит, вы согласны, Соланж, — обрадовался Виталий.

— Разумеется, она же раз в пять больше, как вы сказали. А куда денетесь вы?

Вопрос обескуражил молодого человека.

— Но мне некуда деваться, не сюда же, — не совсем уверено произнес он. — Да и зачем?

— Что значит, зачем? Что-то я вас, Виталий, не пойму.

Виталий вспомнил только что состоявшийся разговор с отцом. Надо признать, что у старика иногда выпадают в осадок прекрасные идеи.

— Мы могли бы жить вместе, — красноречиво посмотрел на нее Виталий.

— Вместе?! — Казалось, что изумлению и возмущению Соланж не было предела, как и у Вселенной. — Это как любовники?

— Не обязательно. Можно, как муж и жена. Если стать ими официально, то этот прекрасный дом, в том числе будет и ваш. — Виталий выжидающе посмотрел на француженку; разве можно отказаться от столь привлекательного предложения, говорил его взгляд.

Вместо ответа Соланж внезапно расхохоталась.

— Вы имеете в виду этот ублюдочный Версаль? Вы его мне уже как-то предлагали.

— Почему ублюдочный, — искренне обиделся Виталий. — Я читал отзывы, в том числе специалистов. Дом все хвалят.

— Либо ничего не понимают, либо хотят к вашей семье подольститься. Полагаю, от таких отбоя нет. Примитивных людей неудержимо влечет роскошь и богатство. Ради них они готовы безудержно врать.

Виталий почувствовал, что разговор заходит в тупик. Это ему крайне не понравилось. Надо его немедленно возвращать к нужной тематике.

— Но что в этом плохого? — пробормотал он.

— А что хорошего? — вопросом на вопрос ответила она.

— Ну как что… — Виталий усиленно подбирал аргументы и не находил их. Вернее, находил, но такие, которые, как он понимал, не произведут на француженку никакого впечатления. Он поймал себя на том, что не знает, как разговаривать с этой женщиной. И это вызвало в нем вдруг прилив слепой ярости. И чего только она кочевряжится, не так уж долго осталось ей блистать. Еще несколько лет — и ее красота начнет увядать. И что она тогда будет делать, кому окажется нужной? Таких звезд, о которых давно все забыли, и которые давно пребывают на обочине жизни, легион.

Виталий схватил француженку за руку и резко дернул на себя. Ее лицо оказалось рядом с ним, он впился в ее рот своими мокрыми губами.

Но поцелуй длился буквально несколько мгновений. Соланж, проявив неожиданную силу и прыткость, резко оттолкнула его от себя. Виталию пришлось схватиться за стену, чтобы не упасть.