Попаданка за пять монет
- Автор: Миленина Лидия
- Серия: Ректоры #4
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Попаданка за пять монет». Краткое содержание книги:
Я с тоской обводила глазами рынок, подергивая цепь на ноге.
Наконец подле нас остановился толстяк. С сомнением заглянул в кошель:
— Скидку дашь?
Только не это, подумала я. Не могу же я достаться этому жирному скупердяю!
— Даю в два раза больше — и девушка моя! — раздался вдруг властный голос.
Оглянулась. Мужчина был хорош. Высокий статный брюнет. Жесткий и стремительный, как смерч. Ах…
— Конечно, ваша милость… — залебезил хозяин. А жирдяй опасливо поглядел на мужчину и ретировался.
— Вот деньги! — незнакомец бросил на прилавок кошелек. — Подготовь ее, жду вас возле Дома Правосудия!
Развернулся и пошел сквозь толпу. Торговец с сожалением поглядел на меня:
— Не повезло тебе, милая!
И что тогда? Тогда мы видим то, что ожидали увидеть, если открыть обе щели! То есть две области регистрации напротив щелей. Но в этом случае квант вдруг НАЧИНАЕТ ВЕСТИ СЕБЯ, КАК ЧАСТИЦА (хоть щелей две, и должен — как волна).
То есть — идет «коллапс волновой функции», возникший из-за появления «наблюдателя» — измерительного прибора.
Объяснений этому явлению много. Например, кстати, есть МНОГОМИРОВОЕ ОБЪЯСНЕНИЕ. Которое гласит…
Летит частица. И тут ей две щели. Куда пройти «думает» частица. И если нет наблюдателя, то она спокойно «превращается» в волну и идет через обе. Чего париться? Пойду везде, «думает» частица. А если у нас появляется наблюдатель, вмешивается «макросистема», то частица «определяется». Но делает это ОБОИМИ СПОСОБАМИ. То есть опять же идет через обе щели. Но при этом мир раздваивается (растраивается — если у нас 3 щели и т. д.), и в одном из образовавшихся миров частица прошла слева, и мы ее слева зарегистрировали. А в другом — справа.
То есть как только больше одного варианта (и есть что-то вроде наблюдателя), то образуются все возможные миры-варианты.
Например, наша картинка справа — это картинка того мира, где частицы прошли именно так, как получилось. А еще образовалась куча миров, ведь каждая частица проходила «двумя способами».
Есть версии, что в принципе все происходит и без «наблюдателя» всеми возможными способами сразу, и миры бесконечно делятся постоянно.
Хотя если рассуждать здраво, то тут как: волновая функция, электронное облако (все эти сложные штуки) — это «вероятность нахождения частицы» где-то. То есть частица «размазана в пространстве», это такое «облако вероятности». И ведь пока нет «наблюдателя», она так себя и ведет. Она проходит через две щели — осуществляет одновременно обе эти вероятности. А определенность (то есть гипотетическое деление мира) — происходит только, если мы начали эти частицы измерять возле щелей.
Глава 36
Правитель Самдор выглядел, как мужчина от тридцати пяти до сорока. Подобно всем драконам, что я уже видела — жгучий брюнет. А глаза у него были синие. Черты лица — строгие, как у Гадора.
Характер стойкий, нордический. В этом я не сомневалась.
У них у всех такой характер, «Штирлицы», понимаешь ли! Просто внутри кипит драконье пламя. И это тоже видно по некоторой сдержанной резкости движений.
— Рад познакомиться с тобой, Предсказательница, — очень так почтительно и вежливо кивнул мне Правитель.
Видимо, все же драконы не слишком приучены к шовинизму по половому признаку, что процветает в этом мире. А может, как жена Гадора и Предсказательница я была «вне этой системы».
Мне отчаянно захотелось сделать книксен. Но в силу того, что я не умела, решила просто так же почтительно кивнуть.
— Тоже очень рада, Правитель Самдор.
Все трое драконов, включая молодого Дабора, были весьма сосредоточенны.
— Анна, вероятно, вам лучше быть в другой комнате… — задумчиво сказал Самдор. — Ваши переживания могут отвлечь Гадора.
Ну да, ну да… понимаю. Конечно, все уже осознали, что без меня в особняке не обойтись. Но можно выгнать меня в спальню, чтобы не нервничала и других не нервировала.
Я сжала зубы. Хотелось топнуть ногой, пустить слезы рекой и заявить, что я никуда не пойду. И вообще, делать это все они будут только через мой труп…
Но я сдержалась. Потому что именно это «слезы рекой и топанье ногами» (а также хлопанье дверьми и прочее) сейчас нужно меньше всего. Я не дура. Я понимаю, что в моем присутствии Гадору может быть сложнее «работать».
Можно было бы сказать, что в другой комнате я буду дергаться еще сильнее и «фонить» на весь дом. Но понимала и то, что это пустая отмаза. Всем понятно, что именно видеть меня испуганную будет мешать Гадору.
— Хорошо, — кивнула я.
Гадор приобнял меня за плечи и проводил в спальню. Там горячо прижал к груди.
— Спасибо тебе за все, — прошептал он мне в макушку. А я, конечно, хлюпнула носом, сдерживая слезы. Вот ведь! Так говорит, будто это наши последние объятия! Ууу… драконище! — Спасибо за то, что… Что мне с тобой не одиноко. Что мне с тобой интересно. За твои предсказания и идеи. Ты — самое лучшее, что случилось со мной за две сотни лет моей жизни!
Проклятье! Как сдержать слезы?!
— Гадор… Перестань! — прошептала я, кусая губы и прижимаясь головой к его груди. — Не нагнетай, прошу! И… ты тоже самое интересное, самое острое, самое… страстное и вредное, что со мной случилось в жизни! Я… я очень тебя люблю!