Лепестки в паутине

–Лилия, любое выступление полным гарнизоном подразумевает устройство сторожевого отряда и лазарета…

–Если вы собираетесь идти, чтобы не вернуться, – перебила его Лилия, – то я не останусь здесь.

–В крепости кто-то останется, – возразил эльф.

–Командиры в крепости точно не останутся, – ответила на это девушка.

Помолчав, Эльдалин решительно сжал зубы и, оглянувшись на остальных, глубоко вздохнул. Надо объясняться до конца.

–Индил не хотел бы, чтобы я говорил такое, но то, что происходит, ты должна знать… – Эльдалин чувствовал, как холодеет и дрожит сердце у него в груди, а лицо пылает, но он заставил себя договорить. – Ты видела, что мы все пришли к согласию. Это может быть последним, что нас ждёт. Мы будем бояться и за тебя, и друг за друга, где бы кто не находился, как бы всё не обернулось. И поэтому сейчас важно только то, чего ты желаешь для себя и для других… и что готова сделать.

Лилия с такой тоской и обречённостью, но с невероятной нежностью смотрела теперь на него, что эльф не выдержал этого взгляда.

–Я не знаю, вернёмся ли мы. Правда, не знаю, – очень тихо, почти шёпотом, сказал Эльдалин. – Но… Ты можешь остаться с лазаретом здесь. Вы будете ждать нас, и, возможно, это поможет нам вернуться.

Эльф странно улыбнулся, уголки его губ дрогнули, но он не переменил выражения.

–Если хочешь, могу тебя для спокойствия души повоспитывать, – дрогнувшим голосом сказал он, кивнув в сторону Манеля, который явно уже по привычке, а не для дела, убеждал в чём-то Марли, едва не повышая голос. Эльдалин сказал это, чтобы отвлечься от тяжести, которая в эту минуту улеглась ему на душу. Не глядя на Лию, он всё же заметил, что она отвернулась, обняв себя руками. Он не торопил.

–Скажи, будет ли от меня польза? Там…

Невольно наставник опустил взгляд на её меч. Как могла Лилия догадаться, что оружие положено иметь при себе, когда собирают гарнизон? Он ведь никогда не говорил, и надеялся, что никогда и не придётся об этом…

–Я не напрасно учил тебя, а ты всегда… да, это правда, всегда справлялась. Единственное, чего никогда не понять мне, почему же, – Эльдалин усмехнулся, посмотрел в сторону, покачал головой, – почему же тебе этого так хотелось. Ведь научиться чему-то никто не в силах заставить. Откровенно говоря… да, я возьму тебя в отряд, я готов доверить тебе свою спину. Если только…

Эльф умолк; он вопросительно смотрел на Лилию

–Я пойду с вами. Ничего лучше и правильнее не могу придумать, потому что…ты прав, мне этого правда хотелось бы, ради вас, – Прерывисто вздохнув, девушка улыбнулась и повернулась к нему, и тут же у неё на глазах появились слёзы. – Это всё невесело.

Эльдалин обнял подругу.

–Невесело, но я почему-то рад, – совершенно искренне сказал он, действительно почувствовав облегчение.

–Может, ты как-нибудь поторопишь Манеля? – вздохнув и помотав головой, чтобы прояснилось в голове, предложила Лилия.

Эльф отстранился и, взглянув в лицо девушки, увидел, что она тоже стала спокойнее; по крайней мере, внешне. В своём разговоре они снова поймали привычный обоим полусерьёзный тон. Словно ничего и не случилось.