Собрание сочинений в шести томах. Том 6
- Автор: Бондарев Юрий Васильевич
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- ISBN: в издании отсутствует
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Собрание сочинений в шести томах. Том 6». Краткое содержание книги:
Немало ярких страниц посвящено автором вопросам единения всех людей доброй воли против страшной угрозы ядерной войны, сохранности самой Земли и ее природных богатств, необходимых для существования человека.
Скептики всех времен утверждали, что ни искусством, ни добром ничего нельзя достичь, в то время как насилие — активное действие.
Но молчание — это согласие, и художники взрывают его с бесконечной верой в нравственную и вечную силу слова. Слово художника, независимо от меры его таланта, не имеет права подменять бескорыстное добро жадностью, духовность — практицизмом и примирять эти от века враждующие армии.
Есть, к сожалению, слова, испачканные грязью и кровью. Но это не вина человека. Слова от рождения непорочны. Если писатель не очищает их силой своего таланта, а прячется за слова, он предает самого себя и становится нечестивцем. Слова-вампиры с опаской обходят зеркала, ибо не отражаются в них, как мы это знаем из канонической демонологии.
В литературе широчайшие перекрестки, заполненные неисчислимым множеством глаголов и эпитетов, — целые потоки красок, светотеней и движения. Но только омовение в святой воде правды дает ясность мысли. Национальное в глубоком понимании означает и общечеловеческое. Правда — не первородная необузданная стихия, не элементарная истина: «дважды два — четыре», а объективная реальность, праматерь осознанных поступков и одновременно осознанное отношение к действительности.
Когда писатель из повествователя превращается в мыслителя, тогда он художник истинный. Неудачи художника в любой литературе — это прежде всего отсутствие правды, когда идея растворяется в расплывчатой всеобщности бытия.
Правда национальная становится правдой интернациональной тогда, когда она, исповедуя любовь к месту своего рождения, по разрушая так называемую «китайскую стену», берет себе критерием идею социалистической концепции мира и человека.
Мы знаем, что искусство — поиск человечности через отрицание и утверждение. Поэтому оно социально и близко к политике!
В самом деле, разве далеки от политики такие художники, как Достоевский, Толстой, Бальзак, Шекспир, Чехов, Шолохов, Булгаков?
Да, правда, нравственность и красота — все это политика, тесно связанная с философским и чувственным познанием.
Красота национальная обретает интернациональную значимость в движении от горизонта одного художника и одного народа к горизонту всего человечества в том случае, когда она следует природе и завоевывает пьедестал мировой культуры.
Об одном знаменитом английском писателе говорили, что он раздражающе нехорош тем, что постоянно стоит на голове, называет белое черным, а черное — белым. На самом же деле он заставлял раздраженно морщиться лицемеров потому, что прочно стоял на ногах и утверждал, что черное — это черное, а белое — это белое, в то время как более хрупкие таланты проповедовали истины заведомо ложные.
У всего человечества один и тот же враг — ложь и один и тот же врач — правда. Может быть, главный смысл искусства в том, что оно пытается раскрыть красоту и правду?
Но сколько проблем — столько и ответов, сколько ответов — столько и проблем. Каждый художник создает свою вселенную, свой рай и ад. Так какие же вопросы XX века мучают литературу нашу и литературу мировую?
Что такое человек и в чем суть назначения его па земле? Чувствуем ли мы боль своего брата в толпе? Что есть счастье и что есть несчастье? Не совершают ли страдания человека движения по кругу? Каковы современные отношения мужчины и женщины? Каков идеал «хорошей жизни»? Как уберечь красоту от ударов бытия? Что есть действенное добро и действенное зло? Может ли быть ненависть мечтой, нормой жизни? Почему сильный порой мучает слабого? Кто воздвигнет памятник человеку, если он, возведя в высшую степень свое несовершенство, истребит ради денег, предметов и вещей природу, а вместе с ней и самого себя?
Разве в XX веке можно творить в самодовольстве? Нет, литературе чуждо умиление, мысль, одетая в слово, не стоит на месте.
1980
Привилегия писателя
(Выступление на V съезде писателей РСФСР)
Великое русское искусство всегда начиналось с понимания неразрывности земли, неба и человека.
Можно ли сейчас утверждать, что земля, небо, огонь и воздух ничуть не изменили свой древний смысл, так же как война, боль, насилие, жестокость? Если огонь и вода от века давали жизнь и вместе с тем стихией пожара и наводнения несли разрушение, то человек XX века ядерным огнем может расплавить Землю, превратив ее в мертвую, обугленную песчинку во Вселенной.